Наваждение | страница 22
— Я предал вас обеих, — сказал он с таким жалким видом, что Силия погладила его по наголо обритой голове и сделала ему кофе в чашке с надписью «Си-Эн Тауэр».
Как странно, думала она, что Рэчел стала плодом тех нескольких часов — не лишенных приятности, но отнюдь не потрясших мир, — проведенных в убогой комнатенке, где под окном дребезжала старенькая батарея, а какая-то женщина в обшарпанном вестибюле время от времени кричала: «Это ты так считаешь!»
Силия, конечно, думала об этом и раньше, только теперь эта мысль почему-то отозвалась в ней с неведомой силой. Но за несколько последних дней произошло много событий — известных событий, — которые показались ей просто удивительными.
— Можете себе представить? — спросила она вчера какого-то клиента, заскочившего в магазинчик, чтобы вернуть компакт-диск с «Унесенными ветром». — Всего сто пятьдесят лет назад еще существовало рабство! Мамушка была рабыней Скарлетт!
Жара, казалось, замедлила ход ее мысли, и за счет этого она стала лучше различать детали, скрытую связь вещей. А когда она спала, как это ни странно, результат оказывался диаметрально противоположным: сны ее были поверхностными, она никак не могла в них понять очевидное. Пару ночей назад ей снилось, что они с дочерью едут по шоссе, на котором — она точно видела это — были разбросаны куски покрышек.
— Ты только посмотри, сколько здесь разбросано рваных покрышек! — сказала она Рэчел.
Но та ей с возмущением ответила:
— Да это же броненосцы! Что будет, если ты одного из них раздавишь?
А за несколько дней до этого ей приснилось, что она сбила машиной собственную мать.
— Но ты же умерла! — сказала ей Силия.
А мать ей раздраженно ответила, что мертвые все время возвращаются, они видимы повсюду, «если кто-то удосужится на них посмотреть».
Рэчел лежала в своей детской кроватке и размышляла о том, заснула уже черная овечка или нет. Она была такая красивая! В тот день после обеда госпожа Данлоп организовала для всего класса экскурсию на ферму Ривердэйл