Литературная Газета, 6392 (№ 45/2012) | страница 73
[?]Коротким был период, когда незаконно репрессированным выплачивали за каждый месяц их отсидки. Просидел незаконно пять лет - получишь за каждый месяц, умноженный на 12, а потом на 5. Отсидел 15 - получил всё до копейки за 15 лет. Но потом это прекратилось. Ликвидировали нормативную базу, которая бы регулировала, как пострадавшему от репрессий возмещать ущерб. В сегодняшнем УПК это очень размыто прописано и, когда человек после оправдания просит возместить материальный и моральный ущерб от беззакония, его отправляют в гражданское судопроизводство, в котором отсудить что-либо почти невозможно.
Зачастую к совершенно невиновным "притягивают" нечто, чем можно оправдать незаконный арест или осуждение. Леонид Георгиевич рассказывает:
- Был в моей практике работы в Белоруссии случай - произошло убийство женщины. И тут пример, когда нерадивым следователям пришлось запускать парашютик, - на сленге так именуется один грязный приём. Он задействуется при недостаточном количестве доказательств, но когда требуется во что бы то ни стало составить обвинение. В срочном порядке находится какая-нибудь мелкая кража или, допустим, инцидент, когда виновный обматерил кого-то прилюдно, чтобы если уж основное обвинение не прошло, то заявило бы о себе хотя бы эта пустяковина. Так вот мужа погибшей, хоккеиста, арестовали и отправили в СИЗО. Сыщики выходят тем временем на настоящего убийцу. А муж полгода уже отсидел. Так этому хоккеисту, который и без того перенёс личное горе - смерть жены, инкриминируют некое хулиганство, не связанное с предметом данного дела (откопали, отскребли, что во время матча он как-то подрался на хоккейной площадке). Налицо - судебная ошибка "исправляется" новым беззаконием. Ведь если признать головотяпство тех, кто на него повесил убийство супруги, то надо по элементарной логике несчастному ещё и моральный и физический вред возмещать. А пойти на это - значит по меньшей мере навредить своей репутации как судьям так и следователям.
Но фундаментальное противоречие между внешним соблюдением правосудия и тем, что творится в действительности, лежит всё же не в дефектном нынешнем УПК. Следователи не доказывают должным образом, а судьи зачастую просто глотают сляпанное следователями и штампуют приговоры, подобные вынесенному Лукину. То есть даже этот слабый УПК не выполняется[?]
Кризис. Слово это почему-то не вошло в активный лексикон. Нет, не экономистов и политологов. А тех, кто судит, и тех, кто познаёт на себе или на примере своих близких решения, выносимые людьми в мантиях. Но зримые и скрытые симптомы кризиса судебной системы донимают и тех, и других, грозя перерасти в метастазы всего общественного организма.