Рассказ о баскетбольной команде, играющей в баскетбол | страница 3
-- Владимир Петрович, если не секрет, где вы нашли своих питомцев?
Кондрашин скорчился от слова "питомцы", как от кислого огурца.
-- В кафе-мороженое, - ответил он. - Вошел однажды в лягушатник на Невском, смотрю -- сидят одиннадцать рослых детей. Вот, подумал я, преотличнейшая баскетбольная команда.
"Давняя дружба связывает тренера Кондрашина с его питомцами", -- одним росчерком пера записал докучливый корреспондент.
Хороший самолет неизменно убаюкивает пассажиров, и вскоре ужасные учебники легли на высоко задранные колени, и спартаковцы привычно задремали в позах, напоминающих положение эмбриона. Один лишь Юмашев продолжал в полусне шептать:
Не стану я жалеть о розах,
увядших с легкою весной...
А внизу уже проплывал проткнувший свое старое ватное одеяло древний без кавычек Кавказ...
В Тбилиси были вечером. Защищенная от полярного ветра страна уже активно сквозь бензин благоухала цветущим миндалем. В аэропорту команду встретил прилетевший накануне второй тренер, Виктор Харитонов. Любители баскетбола, конечно, помнят это имя в списках сборной Союза незначительной давности...
-- А вы уже загорели, Виктор Николаевич, -- сказали спартаковцы.
-- Запылился, -- с загадочной улыбкой поправил Харитонов.
Портик гостиницы "Рустави", что на проспекте Плеханова, подпирали два изогнутых в пространнейших позах и выкрашенных в зеленую краску атланта. Баскетболисты почему-то не обратили на них никакого внимания. Зато внутри многое нас удивило.
Когда-то на закате прошлого века отель был наречен "Европой". Многое здесь говорит о прошлом. Например, на одной из дверей сохранилась надпись LIFT. Это свидетельствует о том, что в былые времена гостиница не гнушалась и иностранными гостями.
Нигде нет более (а мы объездили с баскетболом добрый десяток стран), нигде нет более взволнованного водопровода и более нервной телефонной связи, чем в "Рустави". А как приятно по утрам собираться всем этажом в умывальной комнате, или в ревущем Tualet, или, заплатив тридцать копеек, дождаться очереди в в однососковую душевую.
Когда мы подъехали к "Рустави", от нее как раз отшвартовывался военный автобус: команда ЦСКА с дружной песней направлялась в гарнизонный Дом офицеров на прием пищи. Армейцы помахали нам, мы - им. Никакого злого антагонизма между спортсменами двух команд, конечно же, не существует, а, наоборот, существует коллегиальное взаимопонимание и уважение. Взгляды, которыми обменялись игроки при этой бытовой встрече, ничего общего не имели с прессингом, заслонами и финтами, обыкновенные приветливые взгляды. Лишь два взгляда могли со стороны напомнить спортивный прыжок. Армеец Андреев (217-25) с робким оленьим движением шеи бросил трепетный и загадочно-смущенный взгляд на спартаковца Белова (200-19), а Александр проводил своего оппонента внимательным и не по возрасту тяжеловатым взглядом из-под не по-детски нависших бровей.