Тихий омуток | страница 82



           Собрание вампиров проходило обычным порядком. Внесли и развесили по стенам пять зеркал. Убедились в отсутствии отражений присутствующих: «Все свои», – вздохнули с облегчением. Разместили в кресла тушки. Начальник милиции Витюха занял два -- одно для задницы, на второе живот положил. Рядом притулилась архитектрисса Козетта, закрутила  грушеобразной головой, осматривая зал.

              Гульфик, вновь принявший облик добродушного областного депутата, огласил повестку: пополнение рядов,  выбор нового главы района,  фуршет с кровопитием и выступлением самодеятельных талантов.

 -- Госпожа Козетта  под музыку шотландских волынок обещает раздеться медленно и сексуально.

 -- У-у-у... -- сдерживая рвотные позывы, нестройно отозвался зал.

            Андрюха, тридцатипятилетний красавец-мужчина, волнуясь, потирал короткую стрижку, бегающим взглядом окидывал новых братьев и, поначалу сбиваясь, а потом все более уверенно, рассказывал о себе:

 -- Сын сельского слесаря и  работницы детсадовской столовой, я хорошо учился в школе.

 -- Сын поварихи и лекальщика, я с детства был примерным мальчиком, -- громко прокомментировал Гульфик. Зал в ответ грохнул смехом. – Продолжай, продолжай. Нам очень интересно.

 -- Я много читал, -- приободренный  шуткой Андрюха заговорил более уверенно. --  Детективы – моя страсть, и я всегда сочувствовал ворам. Живой и любознательный ребенок,  я старательно отрабатывал на практике полученные знания. Бывало подойду к старшеклассницам: «Что стоите дурами? Марь Ванна у спортзала заждалась». Кобылам только дай повод на урок опоздать, затопали копытами к спортзалу, а портфели – вот они. Воруй - не хочу.

              Поощрительный ропот зала вдохновлял, и Андрюха разливался соловьем:

 -- А то на уроке рожу умирающего скорчу: «Лидь Петровна, можно в туалет?» – Андрюха подпустил в голос слезы, вампиры засмеялись одобрительно. – И вся раздевалка в моем распоряжении. Рекорд: за две минуты, двести карманов.

 -- Как отказать такому мерзавцу? – Гульфик стер выступившие от смеха слезы. – Хочется человечку бессмертия. Может быть, кто-то против?

 Руку поднял Нотариус, сорокалетний лысоватый мужчинка:

 -- У парня репутация педофила, а мы, хотя и вампиры, но детей своих любим.

              Гульфик движением руки остановил рванувшегося ответить Андрюху:

 -- От этой болезни я знаю лекарство, дающее стопроцентный результат.

              Мнимозина хихикнул  в усы. Знал бы Андрюха, какой сюрприз ему приготовили, глядишь, и не рвался бы в бессмертные.