Сборник статей по истории Беларуси | страница 18
4. Сам А. М. Буровский чуть далее пишет в книге:
«Сами русские, русины и Северо-Западной Руси, и жившие на территории Польско-Литовского государства, отделяли себя от Москвы. На рубеже XV и XVI веков литовские политики категорически отказывались именовать восточного соседа державой всея Руси.
По-видимому, литовцы хорошо знали и четко разделяли русских и московских. И опасались (право, не без оснований), что московские, москали, будут претендовать на земли всех русских, включая те, что вошли в Великое княжество Литовское».
Но ведь это и пытается делать сам Буровский, упрямо считая Литву и литвинов «Русью и русскими»! Я не нахожу разницы между введенным в рамках ГЕНОЦИДА царизма над нами понятием «Северо-Западный край» и понятием Буровского «Западная Русь».
Причем, финская Московия иначе, чем через ВЫВЕРТ с термином Русь, — никак по-другому не могла бы предъявить некие «права» на наши земли западных балтов. Ведь даже слово «москали» — это искаженное самоназвание финского народа мокша «моксали», который и составлял этнос Московской области (самоназвание своей страны у мокша — Moksel). Вот поэтому давай «искать исторические права» через якобы «бывшую принадлежность земель Литвы Киевской Руси».
Но тут есть огромнейшее «НО»! А какое отношение финская Московия имеет к Киевской Руси? Она была только колонией Киева, а вовсе не русской метрополией. Колонией — подчеркиваю. С таким подходом и Индия, как бывшая колония Англии, может «претендовать» на власть над США и Канадой, как тоже, дескать, «частями Древней Англии». Юридически и формально — это такой же Абсурд.
5. Сам автор книги на стр. 81 указывает: «в католических, но славянских странах [ «в Польше, Словакии и Австрии»] к русинам относили православных».
Замечательно! Но коль так, то чего же Буровский и эти страны на этом основании тоже не считает «русскими»? Почему историк полагает, что ВКЛ тут составляло некое «исключение»?
Нет же: в ВКЛ он русинов находит «этносом», а в Польше и Словакии — только «местным населением веры Киева», «польскими и словацкими православными». Вот так логика! Причем, он особо уточняет, что по признаку веры «в Австрии русинами называли галичан и жителей Волыни». То есть, ТАМ он осознает смысл такого названия ПО ВЕРЕ, а в ВКЛ его в упор не видит. Мол, в Литве не было литвинов-белорусов, а были в ВКЛ лишь одни жемойты и русские.
С таким одиозным подходом у нас вообще никогда не было своего этноса: ведь, согласно «Атласу истории Беларуси XVI–XVIII вв.» (Минск, Издательство БГУ, 2005, стр. 15), в конце XVIII в. у нас (на территории нынешней Беларуси) было 38 % католиков, 39 % униатов РПЦ Киева и 10 % иудеев. С логикой Буровского называть этносы по вере получается: у нас жили 38 % поляков (ибо католики), 39 % украинцев (а вовсе не русских, ибо были веры Киевской, а не РПЦ Москвы) и 10 % евреев.