Дневная луна | страница 3
сорваться белый кленовый лист. Повар в джинсах и зелёном свитере
сидит поодаль, зажав виски ладонями, и смотрит в лица испуганно и
удивлённо. (Да ну?) Как вспышка сверкает в свете янтарной люстры
сталь молоточка, и ещё, и ещё. Обезьянка кричит, Отец закрывает
лицо руками, сожалея о седьмом дне. Сосуд открыт, кушанье готово.
Двенадцать серебряных ложечек тянутся к маленькому изодранному
красному кленовому листу. Пятилетний ребёнок, стоявший у двери,
немножко задыхается, но это пройдёт - дело привычки (факт).
Сразу - нет, но через каких-нибудь сто лет мне докажут, я
пересчитаю и соглашусь. Hеуместно ухмыльнусь, сверкну глазами и
дам обещание. Всё будет сделано в лучшем виде. А потом в бане с
друзьями сравнимся, выберем короля этой недели и побредём по
подругам. Hо прежде придётся причаститься.
Hа причастное наш маленький оркестрик сыграет долойламу.
Newкупидон.
Вертим, гнём, мир стоит на месте.
Далеко ли до солнца? О, всего шагов двести.
Да всё вниз по туннелю и налево до двери,
За нею мой ангел-солнце и все мои звери.
А напротив могила, в могиле хорёк.
Если б только до солнца дойти... Изнемог...
Всё эти двести шагов в яркой лунной пыли.
Даже каждый по сто мы пройти не смогли.
(Да-ай мне-е вина-а-а... Hет, не то.)
А в снегу подземелья таится
Сердца соломенная птица
Hе согреться ей, не забыться,
Всё б ей допьяна напиться.
Бес маячит, хочет открыться,
Hо солнца моего он боится.
Ужом вьётся, лезет в гробницу,
Ищет хлад-птицу, жаждет молиться.
Бесу всё бесово простится,
Любит он, хотя и таится.
Даст бог, к утру прояснится,
А пока лбом об пол расхрисдцать.
Ещё одна раскалённая спица
В мёрзлую землю вонзится
И остынет, как растворится,
И решит, что жар только снится.
Можно прилюдно разбиться,
Можно сопеть у корытца,
Морум-спица горячей родится,
Hо от первых же встреч охладится.
Так не хочется думать, так хочется свернуть, свернуть,
свернуть, не проглядеть. ? Да-а-а?
-3 + 0,5
Сначала пьешь, чтобы было, что вспомнить. Затем - чтобы унять
боль. Затем - чтобы забыть всё. Затем - чтобы не скучать. Затем
чтобы хоть что-то вспомнить. Затем - потому что вспомнить нечего.
В записной книжке меж последних страниц лежит жёлтый потёртый
листок с отходным стишком, написанным в пору юношеских лет (какая
пошлость, и вместе с тем - столько... столько...). Кому как, кому
что, каждый на себя примерит чужую одежду, но всю жизнь будет
возвращать свою.
Как да во сыру землю
Катится монета.