Из верхней одежды у нее была с собой только дубленка, и она накинула ее на плечи, пока спускалась вниз. Да, Майкл прав, она действительно слишком часто носит мужскую одежду. Ей было приятно опять чувствовать себя настоящей женщиной.
Когда она спустилась, Майкл был уже в гостиной, перед горящим камином, который растопила миссис Пенуорти. В доме были масляные батареи, но камин гораздо уютнее, и Сара любила длинными одинокими вечерами греться у его огня.
Когда она вошла, Майкл обернулся. Он тоже переоделся: вместо джинсов и куртки на нем были черные замшевые брюки и синий вельветовый пиджак. Никогда еще он не казался ей таким — чужим и в то же время привлекательным; по его чувственной улыбке она поняла, что нравится ему, и у нее приятно защекотало в груди. Когда же она опустила глаза и увидела, что у него в руках, она схватилась за косяк, чтобы не упасть. Майкл держал, зажав большим и указательным пальцами, пузырек с ее таблетками, который, запоздало вспомнила Сара, она оставила на письменном столе в кабинете. — Что это? — жестко спросил он, подходя к ней и поднося пузырек к ее лицу. — Пектотон! Что такое пектотон? От чего он? И зачем он понадобился тебе?
Сара глубоко вздохнула.
— Ну вам-то что? — парировала она, пытаясь выиграть время. И добавила: — Если вам так интересно, то это лекарство от астмы.
— Астма! — Майкл пристально посмотрел на нее. Потом взглянул на этикетку. — Астма! — повторил он, и она с ужасом подумала, что он, наверное, знает, что это за лекарство. — Так у тебя астма?
Сара с трудом перевела дыхание.
— Увы… это так.
— Господи! — вздохнул Майкл с явным облегчением, и ей стало стыдно за свое вранье. — А я-то думал… — Он покачал головой. — Я думал, что ты… наркоманка. Уж не знаю, что и сказать. — Он вложит пузырек в ее влажные руки. — Вот, значит, в чем дело. Господи, а я подумал, что ты приняла слишком большую дозу.
Сара с трудом улыбнулась.
— Нет, я не наркоманка, — слабым голосом подтвердила она, довольная, что хотя бы сейчас говорит правду. — Я… где моя сумка?
— Там, на кресле, — Майкл махнул рукой в сторону камина и, когда она шагнула туда, схватил ее за руку. — Знаешь, мне… мне все равно, — хрипловатым голосом пробормотал он, глядя на ее губы. — Я хочу сказать… меня не пугает твоя астма, и вообще ничего. — Он вздохнул, и его взгляд скользнул вниз к соблазнительному вырезу ее платья. — Ну, то есть… если ты думала… если тебе пришло в голову… что если у тебя астма, то это как-то повлияет на мое отношение к тебе…
