Гарвардская площадь | страница 81



– Не хочешь ее обижать, – подвела итог Линда. – Потому что ты добрый.

Нет, потому что я трус, хотел я ответить. Но не сказал ничего.


В тот же день ко мне заглянул Калаж. Наведывался он частенько: знал, что дверь я не запираю.

– Одного мужчина никогда не должен себе позволять: жалости к женщине. Потом обязательно прилетит рикошетом, – сказал он. – Разрушает и ее, и тебя.

Я вообще с трудом мог думать про Нилуфар. На подготовку к Чосеру остался последний день, я непоправимо отстал от графика.

– Я могу тебе чем-то помочь? – осведомился Калаж.

– Не можешь. – Тут меня вдруг озарило. – Можешь, пожалуй.

Мне эта мысль показалась гениальной.

– Мне нужно два полных собрания Чосера, – сказал я.

– И где я их возьму?

Я написал приблизительные библиотечные шифры и выдал ему свой читательский билет. Сказал, где именно они стоят на полках в Библиотеке Уайденера, и попросил взять и другие книги про Чосера, которые там окажутся.

Он ни разу не был в Библиотеке Уайденера, не знал, где она и кто такой Уайденер.

– За воротами на Масс-авеню, между Плимптон и Линден-стрит, – растолковал я на жаргоне таксистов.

– И все?

Я кивнул.

Он умчался вниз по лестнице.

Я хотел есть, просто умирал с голоду. Можно было постучать к Линде, но она, скорее всего, уже ушла в библиотеку. Странное дело: мне проще было попросить Калажа сбегать за меня в место, где он не бывал ни разу, чем Линду, свою соседку, которая прямо сейчас стояла у тех самых полок, к которым я отправил Калажа.

Вернулся он через полтора часа. Принес пакет из оберточной бумаги, промчался с ним прямо на кухню – пакет того и гляди грозил протечь – и вывалил содержимое в салатницу. Дюжина с лишним куриных крылышек. Красота. Из еще одного кармана он извлек бутылочку пива. Потом – длинную череду бутербродиков.

– Сказал официантке, что ты умираешь с голоду, а прийти не можешь.

– Она же меня не знает.

– Малорослый, еврейский нос, вечно с книжкой под мышкой – прекрасно она тебя знает. С приветом от нее.

– А книги?.. – начал было я, опасаясь худшего.

Тут сердце у меня вдруг упало. Он начисто забыл про книги!

– Да, книги… – начал было он. – Некоторые из тех, которые тебе нужны, я не нашел… вот, взял вместо них эти.

Еще одно подражание Харпо. Из бессчетных карманов выцветшей камуфляжной куртки он вытащил шесть книг.

– Неплохо, – похвалил я, глядя на заглавия. Книги оказались дельные. Потом я глянул на форзац, и сердце упало вновь.

– Ты их не зарегистрировал!

– Ну да, видишь ли, это трудновато оказалось. Очередь была длинная, они задавали очень сложные вопросы, а щасливый час почти закончился, не хотелось опаздывать. Я положил книги в карманы и решил, что пойду. Никто ничего не видел, честное слово.