Человек и история. Книга четвертая. Москва коммунальная предолимпийская | страница 33
– А это что значит? – переспросил я.
– А это значит, что заберёт он тебя к себе, – сердито сказал Борис.
– Это как это заберёт, куда?
– Ну, я думаю, на первый случай, сделает тебя своим референтом.
Помолчали, покурили.
– А избежать этого никак нельзя? – спросил я.
Борис ответил:
– Знаешь, начальник, у которого фамилия оканчивается на «ко», не терпит никаких возражений от своих подчинённых.
– Ладно, Боб. Бежать мне надо.
– Беги если надо, я не задерживаю, – сказал Борис и посмотрел на часы.
– Я имею в виду, что бежать мне надо с работы. Для моих жизненных планов такая карьера не подходит. Мне нужно наблюдать различные стороны жизни, быть самому активным её участником, а эта наукообразная рутина меня проглотит.
– Знаешь, старичок, я, может быть, единственный человек на свете, который так понимает тебя и искренне желает удачи. Так напутствовал меня, Борис, друг мой!
Глава 19. Квартирный вопрос
В детстве я жил в большой семье, студенческие годы прошли в общежитии, не преминул пожить я и в коммунальной квартире – правда, это не та коммунальная квартира, где на двадцать комнат всего одна уборная, здесь комнат было всего три. Да и квартира была не какая-нибудь «хрущоба», а построенная по старым проектам, с высокими потолками, просторными коммуникациями и подсобными помещениями, а также местами общего пользования. И это всего-навсего на три комнаты. Живи и будь счастлив, не горюй! И, как говорится, было бы хорошо, да нехорошо. Это «нехорошо» исходило от соседей. Особенно одной из них, которая так поднаторела в коммунальных склоках, что без них даже кушать не могла. Зато после густого басовитого лая с площадным матом она на кухне прямо из кастрюли черпаком жадно поглощала своё тухловатое варево. Меня эти склоки, ругань с матом до поры не касались, но пришла пора. А случилось это так. На майские праздники ко мне приехали погостить сестра с мужем и сыном лет пяти. Рано утром я встретил их на вокзале, привёз домой. Сестра привезла с собой телячьи ножки, чтобы сварить из них холодец. Она положила их на тарелку и двинулась на кухню.
Вдруг страшный рёв с матом потряс квартиру. Я выскочил в коридор. Посередине коридора стояла испуганная сестра, на полу валялись телячьи ножки. В нескольких шагах стояла разъярённая соседка. Не знаю, как я сдержался. Увидев меня, соседка замолчала.
– Вы извините, я забыл представить вам свою сестру, которая приехала погостить ко мне на праздники со своей семьёй.