Недолговечная вечность: философия долголетия | страница 108
В конечном счете существует неоспоримая радость выхода из болезни — это, как сказал бы Спиноза, радость от понимания, что разрушено нечто ненавистное; радость от возможности говорить об опасности, зная, что она уже миновала. На свете нет ничего, что восхищало бы нас сильнее, чем человек, чудом выживший в катастрофе, уцелевший после схода снежной лавины или землетрясения; чем калека, снова начавший ходить, или почти умирающий пациент, который внезапно вышел из комы, — все эти люди своим примером бросают вызов науке, особенно когда она их приговорила. Их чудесное спасение помогает нам переносить наше собственное состояние, и в самом мрачном настроении мы видим перед собой лучик безрассудной надежды. Это удивительное ощущение — пройти по краю пропасти и остаться в живых. Снова обрести власть над руками и ногами, над всем своим телом, чувствовать, как просыпаются силы, встать со смертного одра, избежать унизительной зависимости от других людей — вот восхитительный момент, когда мы вновь погружаемся в наше привычное здоровое состояние. Мы возвращаемся к нему в полном удивлении, что мы живы, и говорим себе: я сильнее, чем я думал. Если мне удалось справиться с этим, я смогу выдержать и другие сражения, найти в себе новые ресурсы. Единственный смысл болезни — побороть ее, даже если со временем она неразрывно сплетается с нашей жизнью. Мы не подпускаем ее к себе, пусть и догадываемся о безысходности нашей битвы. Боль ничему нас не учит, не делает нас лучше. Мы лечимся, не надеясь на выздоровление, только чтобы оттянуть неизбежное. Призрак близящегося конца добавляет сияния свету каждого нового дня.
В этом смысле можно говорить о трагическом оптимизме, рождающемся из нашего диалога с жизнью, когда в результате долгой борьбы она возвращает нам то доверие к ней, которое мы несем в себе изначально. Мы встречаем бич болезни с решительностью и простотой, вознамерившись не склонять перед ней колен. Наш современник — это больной, который страдает, но восстает против своего страдания. Его хрупкость служит ему козырем в том беспокойно-деятельном сообществе, что объединяет его с другими пациентами. То, что отличает людей между собой в любом возрасте, — так это энергия, которую они проявляют и которая несет их по жизни. Один кажется железным и несгибаемым, как дуб, но его сокрушает сущий пустяк, другого все уже давно похоронили, но он умудряется выстоять, не раз побывав в шаге от смерти, и наперекор всему упорствует в своем желании жить.