Клочок земли | страница 14



Берт уставился в окно, надеясь, что они оставят его в покое. Хорошо уметь отпускать такие же шутки, как они. Но, с другой стороны, может, и неплохо, что он этого не умеет.

— Ну как наш Берт, как его жизнь молодая? — спросил Чарли. — Наверное, повеселился вчера вечером?

Берт повернулся к нему.

— Точно.

— Ничего себе ты пакетик притащил.

— Представляю, как ты с ним помучился в трамвае, — сказал Дуг.

— Что там такое? Батоны? Оконное стекло?

— Это мои картины. Мне надо сегодня кое-кому их показать.

— Картины? — Дуг теребил концы бечевки, которой был перевязан пакет.

— Фотокопии или еще что?

— Я хочу получить работу в отделе литографии. Они попросили меня показать им какие-нибудь мои работы.

— Ты хочешь сказать, что собираешься уйти от нас?

— Я бы не прочь.

— Желаю тебе счастья, парень. — Чарли потрепал его по плечу. — А я отсидел в этом отделе уже двадцать восемь лет. Мне здесь все до гвоздя знакомо.

— На семь лет больше, чем я, — сказал Дуг.

— В феврале исполнится двадцать девять. Я пришел сюда учеником, мне было тогда шестнадцать. Иногда вспоминаешь прошлое и думаешь — лучше уж мне было оступиться на лестнице, когда я сюда шел, да сломать себе шею.

— Тебя скоро повысят, теперь уже недолго ждать. Чарли.

— Это-то меня и удерживает. Я буду не таким уж стариком, когда уйду на пенсию. Куплю себе птицеферму или что-нибудь такое где-нибудь в Вайрарапе и поселюсь там со своей старухой.

— Смотри держись, не зря ведь говорят, что чем дольше работаешь в типографии, тем тупее становишься. А то возьмешь, да и просадишь все денежки в пивных.

Механизм табельных часов теперь щелкал беспрерывно — в двери входили все новые корректоры и толпились у вешалки, встряхивая плащи.

— Дай хоть разок взглянуть на твои картины, Берт, — попросил Чарли.

Берт боялся этой просьбы, но ему не хотелось и отказывать: ведь картины для того и пишут, чтобы на них смотрели. Если ему не удастся получить работу в отделе литографии, то придется работать с этими людьми, поэтому не следует их обижать. Пока он развязывал пакет, ему пришла на ум цитата из какого-то произведения, где говорилось об ответственности художника: художник может погубить свой талант, если не станет признавать критики.

Он поднял повыше свою самую любимую акварель. На ней изображен был берег реки, глинистый обрыв, справа буковая рощица, а слева лошадь тянет огромный воз сена.

Отступив назад, склонив набок головы и преувеличенно жестикулируя, Дуг и Чарли разглядывали картину.