Время греха: Роман | страница 34



Что было больше, счастья или боли, радости или страданий, тепла тех мимолетных встреч или холода ее измен, его страсти или ее притворства, а порой и откровенного равнодушия. Все опять ложилось на весы. Хотя какие, к черту, весы. Все кончилось. Давно.

То ли давление начало скакать, то ли просто нервы напряглись так, что сдавили диафрагму и сбилось дыхание — но самочувствие стало совсем дрянным. Тронулся с места еле-еле, руки — ноги ватные, в голове туман.

Она молчала, и смотрела вперед на дорогу. Лишь ровный шум мотора и запах ее духов — опьяняющий и до боли знакомый.

Глава 3. За три года до этого

— И что, дядько, — сказал молодой овчар с пуговицами, — можно ли узнать по каким-нибудь приметам ведьму?

— Нельзя, — отвечал Дорош. — Никак не узнаешь; хоть все псалтыри перечитай, то не узнаешь.

— Можно, можно Дорош. Не говори этого, — произнес прежний утешитель. — Уже Бог недаром дал всякому особый обычай. Люди, знающие науку, говорят, что у ведьмы есть маленький хвостик…

Н. В. Гоголь. «ВИЙ».

2 марта 200… г.

Тогда он часто мотался в эту страну. Был бизнес, были и другие интересы, связанные с его занятиями живописью. Эта страсть появившаяся еще в молодости и присутствующий при этом природный талант, сейчас, в пору, когда вопрос материального благополучия был решен, а бизнес отрегулирован, захватила его полностью. Когда-то, в молодые годы, ему неплохо удавались пейзажи и портреты, но со временем он вернулся к детскому увлечению историей и это переросло в пристрастие к написанию батальных картин. Он не имел специального художественного образования, но брал частные уроки, у признанных мэтров кисти, чувствовавших в молодом художнике — любителе истинный талант. Они настаивали на продолжении обучения в Академии, но ему было некогда — на первом месте тогда стоял бизнес, поэтому он для себя оставлял живопись в качестве хобби, полагаясь в основном на свою интуицию. Со временем, его картины получили известность, их иногда покупали, в основном, частные коллекционеры, фанатично собирающие материалы о былой славе русского оружия. Большей частью он дарил их сам краеведческим музеям или школам, чувствуя, что людям они нравятся, и отдает он в надежные руки, а не для перепродажи. Хотя он и открыл картинную галерею, так что материальный вопрос тоже был учтен. В ту пору, он хотел создать полотно о Гражданской войне, об эмиграции, о старой русской армии, ушедшей после разгрома в Европу. В этой стране жили и сюда же уехали многие наши бывшие соотечественники, поскольку она когда-то входила в состав великой и могучей Российской Империи. Окончательное видение темы и самой картины еще не созрело, но он ездил сюда, готовил наброски, зарисовки, эскизы. Можно было, конечно, летать в Париж, но сюда было ближе, да и северные пейзажи его лучше вдохновляли, нежели парижская суета. Ну, а кроме того, был еще и бизнес.