Журавли покидают гнезда | страница 29



Ели молча. Тетушка Синай тоже вспомнила свою омони, с которой ни одна женщина в деревне не могла потягаться в пении. Тогда еще не было японцев, и народные традиции оберегались почтительно. И хотя папсаны стояли часто без еды — веселья хватало. Она затянула одну из тех сложенных народом грустных песен, которые пришли из глубины веков и по сей день трогали души корейцев. Она пела об Ариране — юноше, бросившем вызов жестокости. Он осмелился войти в хоромы богатого феодала. Там среди невольниц он увидел девушку, красота которой поразила его. Он поклялся освободить ее. Где-то за тремя горами живет племя добрых и отважных людей. Ариран перешел одну, другую. Третья оказалась ему не под силу.

Многие годы девушка глядела на мир через крохотное окошечко хором. Она ждала Арирана. Много ледников стекло в реки, прежде чем невольница вырвалась на волю. Пошла она по следам юноши и погибла, не осилив вторую гору. Стоят эти горы рядом, как символ вечной любви.

Песня понравилась Юсэку, поэтому он попросил ее спеть еще, но Синай поднялась:

— Твоему отцу покой нужен. Ему сегодня не до моих песен: ни разу не покидал циновку.

— А вот вы и ошиблись, тетушка Синай, — возразил Юсэк. — Отец сегодня заработал на этот вкусный обед.

— Если я терплю нужду, это не значит, что я должна мириться с обманом, — сказала с обидой Синай и ушла.

Юсэк видел, что тетушка Синай обижена всерьез, значит — не обманывает. Тогда почему отец говорит неправду? Ему не так уж хорошо, как он старается это представить. Вот и сейчас лежит укутавшись и пряча искаженное от боли лицо. Где же тогда он взял деньги? Неужто из своего мешочка? В это еще труднее поверить. Даже в минуту тяжелого приступа отец не позволял касаться кувшина, где хранились деньги, чтобы послать за лекарем. Что же стряслось со стариком?.. Юсэк не стал допытываться и прилег рядом.

— Днем заходил Санчир, — прохрипел отец из-под ватника. — Тебя спрашивал. Обещал еще прийти. Ты что ему скажешь?

— Я не пойду служить в жандармерию, — ответил Юсэк спокойно.

Ответ сына мгновенно оживил старика. Скинув с головы ватник, он приподнялся и, впившись в Юсэка глазами, переспросил:

— Ты сказал — не пойдешь? Повтори!

— Я не пойду к Санчиру, — подтвердил Юсэк.

Старик обнял Юсэка, и тот увидел, как затряслись его руки, а глаза осветились радостью.

Вдруг лицо старика изменилось. Юсэк обернулся — в дверях стоял Санчир. Он сегодня был в мундире и походил на японского жандарма.

— Вечер добрый и хорошего здоровья отцу Юсэка, — сказал Санчир, присаживаясь на стульчик у порога.