Сиреневое платье Валентины | страница 20
Серж. Флоранс?
Валентина. Да, твоя приятельница.
Серж. Лоранс. При чем тут Лоранс?
Валентина Ты ведь ее любишь?
Серж. Мне кажется, да.
Валентина. И ты хочешь ей изменить?
Серж. Я не знаю, что значит изменять.
Валентина(смеется). Что с тобой сегодня?
Серж. Я схожу с ума, я великий художник, Дотроньтесь до моей колючей щеки.
Она кладет ладонь ему на щеку.
Чувствуете? я сорву с вас ваше сиреневое платье.
Валентина. И солнце, и радуга…
Он целует ее.
Занавес
Акт второй
Большая просторная гостиная в квартире на улице Бак, обставленная довольно роскошно.
На сцене Серж и Валентина. Тотчас же входит Мари.
Мари. Все.
Валентина. Ну и что?
Мари. Ну и ничего. Он говорит, что это его фамилия, что к нему всегда так обращались и что к новой он не привыкнет.
Валентина. Все-таки странно для мажордома называться Оракул.
Мари. Согласна, странно. Но что ты от меня хочешь: я ему предложила уменьшительный вариант, например Орак. Нет: Оракул. Он не уступит. Но этого мало. Он очень всерьез воспринимает жизнь. Например, говорит, что не любит женщин. Мужчин тоже. Заодно и детей. Тогда кого же?.. Что касается политики, он ею не занимается. Вернее, постольку.
Серж. Постольку — поскольку?
Мари. Да. Он — бонапартист. Увы! И мне пришлось десять минут говорить о великом императоре.
Валентина. А что он о нем думает?
Мари. Много чего. Он даже написал его биографию, которая, разумеется, не имела успеха.
Валентина. Почему «разумеется»?
Мари. Потому, моя родная, что люди, для которых Наполеон — кумир, в большинстве случаев знают его жизнь в подробностях.
Валентина. Бедный Оракул.
Мари. Поэтому, я вас умоляю, ни слова о Ста днях или о Меттернихе. Слово «Ватерлоо» предаем анафеме. А твои друзья Серж, пусть больше здесь своих речей не произносят.
Серж. Оракул их перестреляет.
Мари. Хуже — он надуется, Он и без того не выглядят жизнерадостно, это будет ужасно. Валентина, надеюсь, ты меня слушала?
Валентина(корректно). Разумеется, Мари. Мажордом бонапартист. Но, так или иначе, мне с ним общаться не придется: раз он не любит женщин и вообще ничего не любит, о чем мне с ним говорить?
Мари. Превосходно. Вдобавок ко всему кухарка — корсиканка. Мне очень повезло, что они у меня остались. Шесть часов, сейчас придет моя массажистка. Я вас покидаю. Если появится мэтр Флер, займите его на некоторое время.
Серж. Мэтр Флер? Я думал, его чаша полна.
Мари. Он мне нужен для финансовых дел. У мужчин такого сорта чашу никогда не переполнить. Валентина, будь с ним поласковей.