«На этой страшной высоте...» | страница 19



Он прикладывает к виску
Жестяную повязку из лилий.
На дерновый садясь бугорок,
Он глядит, как дорогою мимо,
На небесный слетают порог
Деревенские херувимы.
Им у этих отверстых гробниц
Не склоняться над чьей-то виною,
Потому что воскресло весною
Сердце жадное самоубийц.
1934. «Скит».III.1935

НОЧНЫЕ ПТИЦЫ

Этот вечер огненно-желтый
Видит снова, в который раз,
Как смятенные птичьи толпы
Сетью выхватил Монпарнас.
И у белой холодной стойки,
Чинно вниз опустив крыла,
Из густейшей крови настойку
Ты доверчиво отпила.
Вспоминая камыш и гнезда,
Подражая в последний раз,
Ты крылом утираешь звезды
С неослепших орлиных глаз.
И ты видишь, ты видишь, видишь,
Как нагретые зеркала
Тушат счастье твое, подкидыш,
И ломают твои крыла.
Пусть наутро сметут со стойки
Песни наши среди золы,
И, болтая, покинут сойки
Тесно сдвинутые столы…
Вот слоятся стеклянные двери,
Разбредаясь по одному,
Мы бросаем горстями перья
Вырастающему холму.
Чтоб сегодня приблизить чудо
Смерти той, что который год
На заре подымает блюдо,
Зерна сыплет, не зовет…
1935

«Шальная жизнь не выдается дважды…»

Шальная жизнь не выдается дважды,
В саду шумит неповторимый дождь,
Не утоляя, не смиряя жажды,
Свой пресный мир ты пригоршнями пьешь.
И видишь, как, захлебываясь влагой,
Вокруг себя озера замутив,
Корнями оступаются в овраги,
В хлыстах побегов, туловища ив.
— Обрубленные буйно прорастают,
Смотри, смотри, как сизая листва,
Летит из-под коры, как стая,
И — отражением трава
Встает из-под воды навстречу.
Вплотную — иглы свернутых недель.
Теперь бы солнце!.. Но уже за плечи
Тебя схватила комнатная мель.
И подняла, спасла и обсушила
(Ты шла по лестнице, чтоб двери распахнуть,
В саду — потоп, и ты теряла силы…):
Глоток вина, одеколоном — грудь…
1935

«Слабеют руки, отмирая…»

Л. Червинской

Слабеют руки, отмирая…
Бездельники, зачем нам две руки —
Мы даже не плетем венки, —
Крылом стучимся в двери рая.
Вот эти пальцы: два и много, три,
Приставить к перьям или просто этим
Пером блестящим из крыла, смотри,
Мазок оставить на портрете.
И, может быть, поверят больше нам,
Прося автограф, только чуя славу —
Поверят счастью, и мечтам, и снам,
И клетки отведут по праву.
Из-под мостов слетимся, отчеркнув
Главу: опушенные руки.
И запоем, а может быть, и клюв…
И не слова, а только звуки…
1935

СЧАСТЬЕ

По весне, хитрей, чем Калиостро,
Трижды в день у городских застав,
Счастье паспорт проверят просто.
Пряча грим в серебряный рукав.
И въезжает все еще в карете,
И в предместье станет у крыльца.
Узнавая занавески эти
И на ставнях круглые сердца.