Том 2. Драматургия. Проза | страница 37



Сияющим, как ангел золотой,
Заставить плакать и бледнеть от страсти;
Но девушка разумная не станет
Любить неведомого пришлеца.

Царь

Оставь меня теперь, ты слишком больно
Мне сделала, и все ж я верю в Зою,
Я умер бы, когда б не верил ей.
Но тот араб мое узнает мщенье,
Ему бы лучше было не родиться…

Феодора

Смотри, он входит. Сделай, что сказал!

(Входит Имр).

Сцена четвертая
(Те же и Имр)

Имр

Ага, ты здесь, я требую, ответь!
Ты отправляешься вождем к отряду?
Мне евнух все открыл. Ты мог посметь!
Украл мою последнюю отраду!

Царь

Ты с Зоей говорил наедине,
А мне сказал, что ты ее не видел!
Я думал, что ты тигр, а ты гиена,
Прикрытая тигриной пестрой шкурой.

Имр

Ты низкий вор, а упрекаешь сам,
У нищего ты отнял корку хлеба.
Ты думаешь, что так я и отдам
То мщенье, что я выпросил у неба?

Царь

Нечистыми губами ты шептал
Слова нечистые царевне Зое,
И эти наглые глаза, смотрели
В безгрешные, как рай, ее глаза.

Имр

Несчастная Аравия моя,
Ужель я сделался твоей бедою?
Бальзам для язв твоих готовил я,
А он, чужой, что сделает с тобою?

Царь

Я разорю дотла твою страну,
Колодцы все засыплю, срою стены,
Я вырублю оазисы, и люди
Названье самое ее забудут!
А ты, ты будешь гнить в цепях, в тюрьме,
Ты даже старцем из нее не выйдешь.
За корку черствую, что раз в неделю
Тебе дадут, меня благословишь.

(Имр выхватывает нож и бросается, на него. Борются. Царь одолевает и овладевает ножом).

Имр

Убей меня скорей!

Царь

Убить тебя?
Я низкой кровью рук не запятнаю,
Я убиваю только благородных.

Феодора

Нам дан закон не отомщать обиды,
Припомни, царь, что ты христианин.

Царь

Да, как сказал я, так и будет! Стража
Его сегодня ж вечером возьмет.
Таким, как он, не место на свободе,
Где солнце светит, где дела свершают
Великие, и девушки проходят
Подобные моей невесте Зое.

Действие третье

Сцена первая
(Юстиниан и Феодора)

Феодора

Возлюбленный мой Кесарь, значит завтра
Царь Трапезондский и царевна Зоя
Венчаются, а мстительный араб
Не войско получает, а оковы?
Я рада, только мне порою больно,
Что узнаю я о твоих решеньях
Не из твоих спокойных, строгих губ,
В глухих ночах целованных так много,
А лишь от евнуха, от приближенных
Да от болтливых, ветреных служанок.

Юстиниан

Ты знаешь, как стремился я найти
В тебе помощницу делам правленья,
Как верил я в тебя и как любил,
И как потом жестоко обманулся.
Ты не жена, ты женщина и только!
Пускай другие могут забывать,
Но я, я ничего не забываю.

Феодора

Ну вот, опять ты повторяешь басни,
В которые уже никто не верит.
Отец мой был сенатором бумаги