Перевешивая люстру | страница 2
Постепенно у меня не стало хватать терпения ждать, пока она медленно осядет на меня - желание стало неистовым. Я взял ее ягодицы и, раздирая их в разные стороны, впиваясь ногтями, стал тянуть их на себя, чтобы она опускалась скорее. Так она прыгала в воздухе, извиваясь и раскачиваясь, пока наслаждение мое не достигло вершины. Крепко схватив ее груди и переступая ногами, я стал двигать ее уже не вверх-вниз, а вперед-назад, насаживая ее на себя горизонтально. Треножник со свечкой под ней мотался туда-сюда, и свеча, загнанная глубоко внутрь, упиралась то ей в живот, то в мой входящий член. Мать рыдала от страсти и бешено дергалась, ее волосы растрепались, прилипли к потным плечам, из-под мышек сбегали по бокам ручейки, а под тонкой кожей спины ходили мускулы и лопатки. Она откидывала голову то вперед, то назад, изгибаясь, то выпячивая живот, то наоборот втягивая его в себя. А я уже крутил ее во всех направлениях: то вверх- вниз, то вперед-назад, то кругами - вокруг треножника. Наконец, я почувствовал, что мучительная тяжесть в яйцах и пояснице готова разорвать меня и, насадив ее глубоко на себя, я дал волю застоявшемуся наслаждению, и она полилась из меня в нее. Когда я снимал ее с себя, то белая жидкость пролилась у нее на пол, и я удивился, что ее так много. Палка, на которую была привязана свеча, была до самого низа.
А когда я снял мать с крюка, то на ее руках остались широкие красные кровоподтеки, а сама она, обессиленная, не могла стоять и опустилась на пол, и я поднял ее на руки и положил в кровать...