Правила мести | страница 32
Коннор бросил бумаги на стол:
— Итак, он проделал весь этот путь из африканской глуши только для того, чтобы произнести речь о тропических паразитах кучке богатеньких докторишек? Меня этим не купишь. Он должен знать, что мы не сводим с него глаз. Она его наверняка об этом предупреждала. Зачем же ему себя компрометировать? Он здесь по другой причине.
— Я проверил у организаторов конференции, — сказал Эрскин. — Рэнсома пригласили три месяца назад. Они оплатили авиабилет и проживание в гостинице.
— Нет, — сказал Коннор, скрестив руки на бочкообразной груди и пристально глядя на своего заместителя. — Все дело в ней.
Упоминать имя необходимости не было. Речь шла об Эмме Рэнсом.
Коннор подошел к окну. Офисы «Дивизии» были перемещены в неприметное здание на Тайсонс-Корнер, в окраинный городской комплекс, расположенный в пятнадцати милях к юго-востоку от Вашингтона. «Дивизия» делила здание с Внутренней налоговой службой США и Палатой мер и весов. Со своего насеста на втором этаже Коннор взирал на ничем не примечательный отрезок виргинского асфальта и авторемонтную мастерскую. Да, это мало походило на мемориал Линкольна с Зеркальным прудом.
— Она там, Пит. Не он это придумал — тащиться на какую-то пижонскую конференцию в Лондоне. Он-то как раз терпеть не может такие мероприятия. Это все проделки Эммы.
— При всем уважении к вам, сэр, я, конечно, могу понять ее желание видеть мужа, но зачем выбирать Лондон? Ни один город в мире не находится под таким пристальным наблюдением. По всему Лондону установлено пятьдесят тысяч видеокамер, и это только те, что относятся к ведению правительства. Изображение рядового лондонца, идущего по Оксфорд-стрит, раз пятьдесят за день появляется на мониторе. Это все равно что залезть в резервуар с акулами, когда у тебя весь нос в крови.
— На нее это похоже, — сказал Коннор.
Именно Эмма Рэнсом сорвала операцию в Швейцарии, что чуть было не привело к краху «Дивизии». В списке особо опасных лиц, составленном Коннором, она шла под номером один. «Дивизии» не суждено возродиться, а Фрэнку Коннору — продвинуться, пока об этой дамочке не позаботятся.
— Как насчет телефона Рэнсома? — спросил он.
— Его мобильника? Номер есть у нас в картотеке, он зарегистрирован в «Водафоне».
«Водафон» — крупнейший оператор мобильной связи в Европе.
— У нас есть связи в их лондонском офисе?
— Сейчас уже нет.
Коннор едва сдержался, чтобы не выругаться. Он был ирландец, к тому же католик и, как и прежде, посещал мессу дважды в неделю. Вера его с годами ослабла, но он продолжал молиться с пылкостью новообращенного. Он полагал, что если делаешь ставку, то ее следует обеспечивать.