Письмо из дома | страница 31



— Да уж, — изрек мистер Деннис с той же кислой миной.

Самодовольная улыбка сползла с лица Кули. Он выдохнул дым, бросил на редактора тяжелый взгляд.

— А с виски я и сам разберусь.

Мистер Деннис взял карандаш, сгреб лист бумаги.

— Что там есть у шефа, Ральф?

Кули сбросил пиджак, повесил его на спинку стула. Разложил свои записи, вставил лист в ремингтон.

— Шефу придется жарко, если он не поторопится и не разыщет Татума. Окружной прокурор уже звонил и давил на него. Дарвуд и Фрейзер не упустят случая обменяться любезностями. И никаких следов пропавшего. Шериф отправил людей с собаками. Слушайте, у меня забойное начало.

Кули печатал и продолжал говорить: «Известная художница Фей Татум была задушена в собственном доме во вторник ночью, после вечера в местном ночном клубе, — сообщил начальник полиции Гарольд Бак Фрейзер. Шеф Фрейзер заявил, что полиция разыскивает мужа жертвы, сержанта Клайда Татума, для допроса».

— Ну как? Мужу не позавидуешь… — Кули говорил, печатал, говорил, печатал, и слова отскакивали со скоростью отрывистого стука клавиш. Сигарета тлела в переполненной пепельнице: — Копы нигде не могут найти несчастного ублюдка. Машина Татумов с ключами припаркована на стоянке возле «Синего Пламени». Черт ее знает, что она там делает, но с убийством вечно ничего не разберешь. — Кули выдернул один лист, вставил следующий. — Держись за шляпу, Уолт, прошлой ночью я был в первом ряду у ринга. Надо не отрываться от жизни, чтобы быть в курсе событий. — В его голосе слышался сарказм. Он насмешливо покосился на редактора.

Гретхен узнала эту присказку, ее не уставал повторять мистер Деннис. Но он не говорил о посиделках в баре. Редактор пропустил насмешку мимо ушей и приготовился писать.

— Так что, — продолжал Кули с издевкой, — когда я зашел в «Синее пламя», Татум пил в дальнем углу бара. Я еще тогда не знал, кто это, но сразу понял, что он нарывается. Хамил всем подряд, и его старались обойти подальше. Здоровый парень. Шесть футов, двести фунтов. По-моему, он кого-то ждал. Фей появилась около семи, выглядела на миллион: волосы пышно взбиты, шикарное платье…

Гретхен нахмурилась. Она помнила это зеленое набивное платье с рубашечным воротником. В таком можно и на работу, и за покупками ходить. Оно не было шикарным, просто красивым.

— …они с Татумом устроили перебранку на весь бар. Татуму кто-то шепнул в парикмахерской, что к его жене наведывались ее друзья-джентльмены, пока он был в отлучке…