Строки, написанные кровью | страница 28



После, окровавленный, я лежал на нарах и слушал, как матрос Яшка дочитывал стихотворение, написанное гвоздем на боковой доске нар:

О тебе грущу, и грусти
Нет конца и края нет.
Даже в сваренной капусте
Узнаю твой сок и цвет.
Я борюсь и я осилю
Смерть костлявую в плену.
Как же я хочу в Россию,
На родную сторону.
Не страшит солдата холод,
Смерти я не побоюсь.
Через пытки и сквозь голод
Я на Родину вернусь.

На свободе быть хочу

В детстве мой дед Кузьма рассказал мне легенду о человеке, которого схватил черти и посадили в железную избу без окон дверей. Но чтобы он не задохнулся и видел, как они веселятся на воле, сделали небольшое отверстие в стене. Всю жизнь они строили этот дом и всю жизнь охотились за веселым человеком с красивыми крепкими белыми зубами, Черти добились своего, они порой не давали человеку глянуть на солнце — закрывали собой отверстие. Но человек не забывал о свободе. И решил он любыми путями уйти из неволи. Он стал выбирать минуты, когда черти уходили на обед, и грыз железо, не жалея здоровья, сил и зубов. С каждым днем отверстие становилось шире. И вот уже голова могла пролезть.

В начале весны у чертей был какой-то чертовский праздник. Тогда-то человек, расширив зубами отверстие, и вылез на свободу. Но вылез он без единого зуба. Он долго шел навстречу солнцу и улыбался. Солнцу понравился такой упрямый и смелый житель земли, и оно в награду за настойчивость вставило ему новые, золотые зубы, сказав:

— Носи, человек, ты достоин их!

Эту легенду я рассказывал много раз в камере, добавляя иногда свое.

Как-то ко мне подсел худощавый парень по кличке Волчок.

— А мы-то вроде тоже люди, — сказал он, — а не можем на свободу. Деревянные стены не осилим.

Долго Волчок выкладывал свои планы и замыслы.

— А ты кем работал? — спросил я.

— Слесарем.

— Ты же имел дело с металлом, можешь что-нибудь придумать вроде ключей, чтобы гайки отвернуть.

— Какие? Зачем?

Я подвел Волчка к окну. Сквозь решетку светило угасающее солнце, садившееся за выпуклое, перепаханное поле. Издалека шли черные разрозненные тучи.

— Видишь! — показал я Волчку на две палочки, которые лежали на песке около проволочного ограждения на расстоянии полметра друг от друга.

— Вижу.

— Вот при помощи этих палочек приподнимаем проволоку и уходим ночью на волю.

— А как из камеры?

— В том и вопрос, как из камеры. Надо отодвинуть решетку и вылезти в окно. Но она, проклятая, привернута болтами. И болты не повернешь, они врезаны глубоко в доску. А гайки отвернуть ночью нельзя, они с той стороны.