Герцог и колдунья | страница 36
Уфелд низко поклонился, узнав начальника тайной канцелярии королевства Согури графа Косму. Байг не удивился и не стушевался, хотя и был сущим червем по сравнению со своим титулованным посетителем. Бон о бок с графом Уфелд работал уже с десяток лет, выполняя всё более секретные поручения. Так что встречались они часто и, как правило, наедине. На этот раз графа сопровождал мастер Коробка, чью круглую, как у сытого кота, тщательно выбритую физиономию Уфелд углядел не сразу. Странно, с мастером они расстались в Госкене столь давно, и вот он здесь…
Войдя в комнату, граф швырнул бархатную черную шляпу с пером на койку, примятую Уфелдом. Мастер Коробка, как был, так и остался в приплюснутом берете. Байг стоял, вытянувшись по струнке, хоть и не был военным в прямом смысле этого слова.
— У нас к тебе пара пустячных вопросов, Уфелд, — без предисловий начал граф, — и задаст их мастер Коробка.
На службе у графа, точнее, в возглавляемой им тайной канцелярии, состояло около двух десятков служивых людей, наделенных магическим даром. Всех их называли мастерами. Если внутри их сообщества была какая-то иерархия, то Коробка, несомненно, занимал самую верхнюю ступень, ибо был правой рукой графа Косма.
— Вопросы взаправду пустяковые, брат Уфелд, — произнес певуче мастер Коробка, усаживаясь на табурет, — но потребуют тщательного обдумывания. Так что садись и ты, а еще лучше приляг. Да не стесняйся ты Его Сиятельства!
Немного помешкав, байг бережно поднял со своего ложа шляпу графа и перевесил ее на гвоздь, вбитый в стену. Еще раз взглянув на мастера Коробку, словно ища в его карих глазах подтверждения приказа, Уфелд присел.
— Итак, байг, еще в Госке ты доложил мне, что десять дней пути вы провели в обществе странствующего гроссведуна по имени Юрай. Тебе же предписывалось идти как можно более скрытно. Сиди! — осадил он Уфелда, порывавшегося подняться. — Дураку ясно, что абсолютной тайны в вашем положении добиться было невозможно. Но зачем было брать попутчика?
Граф Косма, присев на подоконник, меланхолично рассматривал свои холеные ногти.
— Я же докладывал, мастер…
— Ну, так доложи еще раз, язык не отвалится, да и Его Сиятельству будет любопытно послушать.
— В деревне Сакатуй, первой на тракте после гор Илиз, к нам за стол подсел этот Юрай. В котомке у него был лысый малинник. Так что я не удивился тому, что он назвал нас по именам, поскольку сразу признал в нем гроссведуна. Кому еще под силу одолеть такую черную нежить?