Жена русского пирата | страница 17



Женщина без имени. Кто она — Лиговская, Зацепина, Соловьева? Впрочем, у неё ведь есть документ: капитан французского крейсера выдал справку, что она — цирковая артистка Наталья Соловьева, поднятая на борт при проведении спасательных работ на месте крушения судна "Георг III". Капитан русским владел плохо, и Ольга диктовала ему текст по буквам. А что она делала на этом "Георге III"? Плыла из Франции в Россию. Возвращалась домой с гастролей. Не поверят: все из России, а она в Россию… Увы, более правдоподобного рассказа она придумать не смогла. И то пошли впрок уроки её покойного учителя — Василия Аренского. Раньше о каком-то там документе она даже не подумала бы…

Флинт между тем занялся привычным делом: постоял на руле — ветер направления не менял, и судно, поймав его парусом, бойко скользило по волнам. День клонился к вечеру, и потому молодой капитан стал сооружать навес для себя — прошлой ночью от волн ему таки досталось; к утру одеяло как следует промокло…

Если бы Ольга могла прочесть мысли Флинта, она бы очень удивилась, потому что не знала его ещё с другой стороны — капитан фелюги был неисправимым романтиком. Плавание на лодке — вместе с княжной! — он воспринимал как очередное захватывающее приключение…

Александр Романов — Флинт — был сыном морского офицера, погибшего в революцию 1905 года. Мальчик жил с матерью на мизерную пенсию, потому о высшем образовании мог лишь мечтать и только в мечтах видеть себя на мостике какого-либо линкора или эсминца. Его капитанство на фелюге выглядело бы как насмешка судьбы, если бы не бескорыстная любовь к морю, отблеск которого навеки отпечатался в синих глазах мореходов рода Романовых.

Другой всепоглощающей страстью Флинта были книги. Он читал их без разбора в огромном количестве и оттого, наверное, воспринимал мир несколько искривленным. Ко всему происходящему с ним он относился как к приключению и не видел разницы, какую роль в нем играть: сегодня — злодея, завтра героя!

Правда, он не мог не понимать, что его связей с Черным Пашой не одобрит никакая власть. Потому утешал себя словами Макбета:

Все средства хороши для человека,
Который погрузился в кровь, как в реку.
Чрез эту кровь назад вернуться вброд
Труднее, чем по ней пройти вперед[6].

Это не означало, что на руках Флинта была кровь, им самим пролитая, но и участие в грязном промысле контрабандистов на весах Жизни весило не так уж мало! Безотцовщина или отсутствие доброй женской руки — его мать пережила отца всего на пять лет — способствовали перерождению доброго честного мальчика в морского волка с сомнительными моральными принципами. Встретившаяся ненадолго на его жизненном пути кроткая и чистая Агния получила власть лишь над небольшим кусочком души, куда её впустили, потеснившись, Айвенго и леди Ровена