Эхо великой песни | страница 48



— Я ведь сказал: это очень красиво. Но где же Варабидис?

Разве ему не полагается быть здесь?

— Им нужен был не он, а его музыка. Что привело тебя домой так рано?

Он рассказал ей о приглашении Ану.

— Возможно, Святой Муж раздумал умирать и хочет снова войти в Совет, — предположил он.

— Не думаю. Ану человек постоянный.

— Не желаю видеть его слабым, дряхлым. Даже думать об этом противно.

— Ты видишь стариков то и дело, Раэль. Если Ану зовет тебя, значит, дело важное. Как я сказала, он человек постоянный и не стал бы беспокоить тебя из-за пустяков. Возможно, ему было еще одно видение. Ты непременно должен пойти к нему.

— Знаю, знаю. — Раэль взял платок и вытер голубое пятнышко со щеки Мирани. — Вернуть бы тебя в Совет. Ты в десять раз умнее Капришана.

— Политика меня больше не интересует.

— Вот этого я никогда не мог понять.

— Если бы ты понял, то ушел бы, как и я, — улыбнулась она.

— Ты думаешь, что я занимаюсь бесполезным делом?

— Вовсе нет. Любым обществом должен кто-то управлять.

Но ответь мне на один вопрос, дорогой. Что нужно всякому нормальному человеку?

— Семья, дом, дети. Еда на столе. Здоровье и некоторый достаток.

— Верно. А когда человек, помимо этого, хочет еще и властвовать, он перестает быть нормальным. Это относится ко всем членам Совета. Человек же, который хочет управлять всеми и каждым, — просто сумасшедший. Такого нельзя допустить к власти.

— В таком случае ты — идеальный советник, — засмеялся Раэль, — поскольку не желаешь быть таковым.

Ее улыбка померкла.

— Возможно. Но я несла эту службу шестьдесят лет и слишком много видела. Ступай к Ану и передай ему привет от меня.


Подвижник-маршал на своем любимом сером мерине проехал через Западный парк и поднялся в гору. Здесь дул свежий морской бриз и сильно пахло солью. Миновав рощу и мощеную дорогу в гавань, Раэль свернул направо и по тропе поднялся к чугунным воротам дома Ану. Двое часовых-аватаров отдали ему честь. Раэль оставил им коня и прошел за ворота. У крыльца его встретил тот же ученик, что приходил к нему утром. Обритый наголо, с синей бородкой, он провел Раэля в маленькую библиотеку на втором этаже. Тяжелые шторы на окнах полностью заслоняли дневной свет, и в комнате горели три лампы. Ану сидел в глубоком кожаном кресле с развернутым свитком на коленях. Он спал, но проснулся, когда ученик тронул его за плечо.

— А, это ты, Раэль. — Ану прошелся костлявым пальцем по белым, падающим до плеч волосам. — Добро пожаловать.