История новой Москвы, или Кому ставим памятник | страница 59



Заключение Комиссии было, безусловно, отрицательным: «Выполненная в искусственном камне скульптура является повтором бронзовой фигуры княгини Ольги, установленной на горельефном ярусе Храма Христа Спасителя. Скульптура, выполненная с изменением пропорционального строя фигуры для обозрения на значительной высоте, установленная на уровне человеческого роста приведет к зрительному искажению образа. Комиссия также пришла к выводу, что возведение тиражированных скульптур для города Москвы недопустимо».

Но совершенно очевидные для любого искусствоведа или архитектора соображения встречают отпор со стороны именно тех, кто должен был бы бороться за художественный уровень появляющихся в столице произведений. Заведующий Отделом скульптуры XX века Государственной Третьяковской галереи Т.В. Мавц и старший научный сотрудник Л.М. Бедретдинова подписывают экспертное заключение:

"Скульптура В.Б. Доброхотовой «Святая благоверная княгиня Ольга», высота 5 метров, была выполнена для северного фасада Храма Христа Спасителя и принята всеми специальными комиссиями, в том числе Советом с участием представителей Патриархата. Одновременно были изготовлены два экземпляра скульптуры. Первый – бронзовый для Храма, второй – из искусственного литого камня.

Хороший профессиональный уровень монумента позволяет использовать его каменный вариант в качестве памятного знака, установив в одном из новых районов Москвы при соответствующем архитектурном решении".

В свою очередь Комитет по культуре в лице А.И. Лазарева торопится с заключением, что «высокое художественное качество и образная выразительность ПРЕДЛОЖЕННОГО В ДАР произведения обогатит художественно-архитектурный облик Москвы». В этой связи считаем целесообразной установку указанного памятного знака на территории Рязанского района по адресу: ул. 1-я Новокузьминская, д. 6, в соответствии со ст. 7 Закона города от 13 ноября 1998 г. № 30 «О порядке возведения в городе Москве произведений монументально-декоративного искусства городского значения».

Волшебное слово «дар» решает все проблемы и делает бессмысленными все соображения Комиссии. Вот только остается непонятным, каким образом в представлении Муниципального собрания «Рязанский» фрагмент украшения Храма Христа превращается в «памятник женщине-матери в образе Святой Княгини Ольги, который послужит продолжением духовного возрождения, осуществляемого в Рязанском районе г. Москвы в ходе проведения МАРАФОНА ДОБРОТЫ». И как быть со всеми вариантами мести за мужа отличавшейся редкой жестокостью и непреклонностью правительницы? В одном варианте город врагов (не пожелавших платить князю вторичной дани – первая была отдана безропотно) был полностью сожжен с помощью птиц. В другом послы разоренного города были живьем погребены в заранее выкопанной яме. В третьем – заживо сожжены в бане. И каждый раз княгиня Ольга обманывала своим гостеприимством, кажущейся покладистостью, любезными речами. Правда, все эти варианты сказаний о княгине Ольге изложены летописцами, до которых явно не успели дойти руки чиновников.