Предводитель мух | страница 34
– Я создан только для неба, – отвечал он. – На земле меня ничего не держит. Тоскливо мне на земле. Тоскливо и грустно.
За две недели справился Краснобаев с сорняками. Ни одного василька не оставил на полях, ни одной ромашки. Всех уничтожил. Оставил только полезные культуры. И получил за это сразу пять почетных грамот от всех хозяйств, для которых трудился. А агроном Колосков ему даже свои часы подарил, командирские, которые в Москве купил, когда в отпуск ездил. И даже с надписью: «Дорогому Ивану Ивановичу от сельских тружеников за совершенные подвиги в битве за урожай». Очень этими часами гордится Иван Иванович. До сих пор их носит и очень бережет.
Думал Краснобаев, что теперь отдохнет от трудов праведных и займется делом. Начнет настоящие боевые самолеты осваивать. Но не тут-то было. Август наступил. Урожай поспевать начал.
Налилась золотом пшеница, подрумянились аппетитные кукурузные початки, овощи свою ботву чуть не на два метра к небу подняли. Обильная впереди жатва наметилась.
Ну и известное дело, там где урожай богатый, много нахлебников и разного рода вредителей стало около плодов и зерен собираться. Я говорю о вредителях сельского хозяйства. О насекомых вредных и прожорливых. Про них говорю. Про гусениц и жуков многочисленных, про саранчу ненасытную и прожорливую и тлю незаметную. Все эти гады, просто одолевать начали поля и огороды. Откуда только взялись в таком количестве? Но только тьма их целая налетела и стала угрожать погубить все людские труды.
Вызвал к себе Краснобаева генерал Бочкин.
– Слыхал, что на полях делается? – спрашивает.
– Как не слыхать? – почесал затылок Иван Иванович. – Вредители. Паразиты. Сволочи ненасытные. Деревенские жители и жены наших летчиков, что подсобные хозяйства держат, только об них и говорят.
И оба они, Краснобаев и генерал, у которого жена разбила за аэродромом самый большой огород, вздохнули. Затем Бочкин Краснобаеву внимательно в глаза посмотрел и говорит:
– На тебя вся надежда, Ваня. Только на тебя. Я тебе уже не приказываю. Не имею такого права. Потому что ты все испытания с честью выдержал и доказал, что летчик ты прирожденный. Так вот, я тебе не приказываю. Я тебя прошу. Как сына родного прошу. В последний раз. Выручай.
Иван Иванович не из тех людей, которых дважды надо просить. Нет. Ему и одного раза достаточно.
Так ответил он Бочкину:
– Конечно, товарищ генерал. Все сделаю. Потравим мы всю эту нечисть. Погоним прочь подлецов, как немцев от Москвы. Не достанется им не единого зернышка. Не единой морковки или свеколки! – И такая решимость в его голосе зазвенела, словно стальной дамасский клинок из ножен вынули. Лицо его наполнилось верой в победу, глаза засияли радостью от предстоящей борьбы. – Разрешите идти, товарищ генерал?