Лесовичка | страница 44



— Разве хороша?

И в малокровном, безвременно увядшем личике графини Веры мелькнула зависть.

— Очень хороша! — с самым почтительным видом произнес Виктор. Впрочем, это все здесь говорят.

— Лучше меня?

Большие, серые глаза Веры широко раскрылись.

— Лучше, графиня, — прозвучал печальный ответ.

— А! — взор Веры завистливо и сердито блеснул. — Но танцует она худо?

— Никак не танцует! Просто резвящийся гиппопотам!

— Вот как! Ах, как это было бы хорошо, если бы можно было ее все-таки заставить танцевать с кем-нибудь, — воскликнула Вера. — Вот вышла бы потеха!.. Все преклоняются перед ее красотой, а вот, увидав, как эта красавица пляшет, все стали бы смеяться… Это было бы великолепно!.. Виктор, вы должны это устроить, непременно должны… Пусть протанцует хоть раз… Уговорите ее… Вот-то будет смешно!.. — злорадствуя повторяла Вера. — У меня есть танцор для нее… Тут, напротив, стоит князь Муратов… Подведите его к Ксане. Он сейчас только восторгался ею… Пусть же чувствует, как хороша в танцах эта тумба… Подведите его к ней…

— Охотно, графиня! — И, проскользнув мазуркой по кругу, Виктор подлетел к блестящему драгунскому адъютанту и, взяв его под руку, повлек в дальний угол площадки.

— Князь, я слышал — вы восторгались нашей лесной колдуньей, обратился Виктор к блестящему драгунскому корнету. — Хотите быть представленным ей?

— О, премного обяжете, mon cher![2]

И князь заскользил обок с Виктором по натертому воском кругу.

— Ксения! — произнес Виктор, низко склоняя перед Ксаней свою кудрявую голову, — вот князь Муратов желал быть представленным вам, — и тихо тут же добавил, — если ты не пойдешь с ним танцевать, то знай, мы с тобой враги на всю жизнь!

Впрочем, и без этого внушения Ксане нельзя было бы отказаться. Сильная рука Муратова, обтянутая белой лайкой, живо обхватила ее стан, и они понеслись в вальсе.

Танцующие пары остановились при виде вальсирующих… Угловатая застенчивость лесовички разом куда-то пропала, исчезла, как по волшебству. Дикая, своеобразная грация Ксани сквозила теперь в каждом ее движении, законченном и стройном. От ее черных кудрей, с запутавшимися в них цветами, тянулся нежный аромат… Быстрая, легкая, она носилась по кругу огненным видением, чуть касаясь ногами земли… Звуки музыки напоминали ей звон родимого лесного ручья и треск кузнечиков в чаще… Самый лес выглядывал на нее из темноты… Она забылась… Нарядная толпа, гости, площадка — все перестало существовать для Ксани. Ей чудилось, что лесные эльфы познали ее на свой праздник, и она кружится с ними без конца…