Короли и королевы. Трагедии любви | страница 29
Как большинство мужчин, которые ведут напряженную, строгую и трудолюбивую жизнь, Юстиниан был робок и застенчив с женщинами. Они тревожили его и причиняли одно беспокойство. До Феодоры ни одна из них не давала ему возможности ощутить причудливую смесь паники и глубокой радости. Ему казалось, что Феодора излучает покой и источает свежесть, и только ее зеленые, живые глаза смущали его. Прошло более месяца, прежде чем он осмелился заговорить с ней.
Однажды утром он остановил коня у садика Феодоры, приветствовал ее и добавил к этому несколько робких слов, на которые Феодора ответила вполне дружелюбно. На следующий день он опять остановился около нее, и так продолжалось все последующие дни.
Нигде в мире новости не распространяются так быстро, как в Византии. Старой императрице Евфимии, которая любила сплетни и позаботилась в свое время об отменных доносчиках, сообщили о новой привязанности ее племянника. Конечно же, она повелела представить ей все возможные сведения о госпоже в белом, которая пленила Юстиниана.
Однажды вечером, на закате солнца, отряд дворцовой стражи остановился у дверей Феодоры. Предводитель вошел в дом.
– Меня послал к тебе Юстиниан, – сказал он сухо молодой женщине.
– Чего он хочет?
– Я не знаю. Но ты должна пойти со мной. У меня есть приказ в крайнем случае применить насилие.
– Это совершенно излишне. Я пойду.
Феодора была взволнована. Она лишь наспех накинула покрывало на голову и отправилась вместе со стражниками. Что произошло, раз застенчивый Юстиниан обращается с ней таким образом? Быть может, он узнал что-нибудь о ее прежней жизни?
Именно это и произошло, и Юстиниан не скрывал этого от Феодоры. Она едва держалась на ногах перед ним, когда он швырнул ей прямо в лицо всю правду.
– Значит то, о чем говорят, соответствует истине? Ты – Феодора, бывшая танцовщица театра и уличная шлюха?
– Я действительно та самая Феодора, великий господин… Скорее, я была ею.
– Что это значит?
– Только то, что нищета может на многое толкнуть бедную девушку, которая хочет выжить, и не ее вина в этом. Теперь я больше не живу в нищете, почему же я должна заниматься этим ремеслом?
Она отвечала так спокойно и уверенно, что Юстиниан не знал, что сказать. Он приготовился дать ей гневную отповедь, но она стояла перед ним в белом платье, спокойная и решительная, и смотрела на него ясными зелеными глазами. Он не знал, как выразить свой гнев. Феодора продолжала:
– С тех пор, как я покинула Византию и последовала за Гикеболом, который относился ко мне как к своей жене, мне пришлось многое вытерпеть. Когда я вернулась сюда, я поклялась начать новую жизнь, пусть даже ценой крайней нищеты. Разве ты не заметил, что я занимаюсь прядением?