Соня была уже совсем близко. Я поставил ногу на подножку автобуса и подался вперед, как вдруг почувствовал запах, который не забыть никогда в жизни. Это был все тот же приторно-гнилой запах земли, как и тогда, в том автобусе, на не найденной мною впоследствии улице в Столице. Тот же запах доносился из «Волги», перед самой поездкой в Васильков. Тогда от попадания в автобус и машину меня остановили сила воли и голос мамы. Теперь же меня гнал в этот же автобус (пусть он и другой по форме) страх надвигающейся беды. Но я осознал окончательно — входить внутрь нельзя. Иначе я больше никогда из него не выйду.
Я сделал движение назад, и в этот же момент меня схватила за руку костлявая кисть в красном рукаве:
— Добро пожаловать, — на меня прямо в упор уставились пустые глазницы девушки в красном платье. — Витя, тебе сюда, — девушка стала втягивать меня в автобус.
Сзади приближалось шипение Сони, — похоже, я погиб. Я вспомнил маму. Она ведь не переживет мою смерть. Мамочка, прости меня. Я не сберег себя. Соня набежала сзади и вцепилась мне в шею, помогая безглазой затащить меня в автобус. Я изо всех сил ударил безглазую тварь металлической коробкой по лицу, коробка разлетелась на две части, из нее выпали блокнот, туго перевязанный шпагатом, колбочки, волосы и пакетики. Одна из колбочек с красной жидкостью, похожей на кровь, разбилась о косяк автобусного проема, и ее содержимое прыснуло твари в красном платье прямо в лицо. Та тут же отпустила мою руку и шарахнулась внутрь автобуса. Похоже, жидкость попала и на Соню, по крайней мере, она громко зашипела и тоже отпрянула от меня.
Я стоял в какой-то мокрой дряни, вонючих порошках, земле и волосах. В нескольких метрах от меня громко шипела Соня, в глубине автобуса было тихо. Но все это, похоже, ненадолго. Я присел и схватил желтый блокнот, весь в крови и еще какой-то дряни, в другой руке у меня оставался прочитанный дневник Димки. Подбежав к изгороди забора, я перемахнул в чей-то заброшенный сад и побежал в сторону лесопосадки. Из содержимого жестяной коробки у меня теперь остался только блокнот. Но теперь я точно знал: именно здесь кроется ключ к разгадке всех происшествий.
Через час я стоял на столичной трассе и ловил попутную машину. Я возвращался в Васильков, чтобы посетить два места: квартиру Алисы и могилу Обухова.