Паломничество жонглера (фрагмент) | страница 2
- Но... - Фриний осекся и скривил в гримасе надломанный рот. Два шрама, тянувшиеся от уголков губ едва ли не к ушам чародея, отчетливо проступили, придавая ему сходство со вставшей на задние лапы жабой. Ладно, - сказал он. - Всякие "но" оставляем на потом. Если Дракон здесь из-за нас, значит, тем более нужно спешить.
Подросток, все это время простоявший рядом с отстраненным видом деревенского полудурка, вдруг оглушительно чихнул. И снова замер тем же таки полудурком.
Каковым, кстати сказать, в действительности был.
- И то правда, - отозвался старик. - Пойдем. Хорошо б, если успеем до ночи.
Был шестнадцатый день месяца Дракона 700 года от Первого Снисхождения. Огненосный над их головами продолжал с каллиграфической точностью выписывать круги.
* * *
...в начале месяца Кабарги 699 года от П.С.:
В каждом мире, стране, городе и в каждой, буквально каждой голове будь это хитиновая бусинка муравья-стражника или же костяное вместилище человечьих мозгов, - везде прописаны свои законы и свои запреты.
"Не укради!" - упреждают во все голоса священные страницы "Бытия", родители и начальник городской стражи. Доводы последнего оказываются наиболее вескими - не крадешь, или крадешь так, чтобы начальник не разнюхал (родители к этому времени давно уж переселились во Внешние Пустоты).
"Не прелюбодействуй!" - наставляют те же страницы вкупе с собственной женой и мужем твоей полюбовницы. "Больше не буду!" - отвечаешь, прыгая из окна в исподнем; позади - рев рогоносца и бряцанье разбитой посуды.
Оврагом, щедро поросшим какими-то несносно колючими кустами, выбираешься за пределы деревни. Достранствовался, жонглер, доскитался - по чужим кроватям! Теперь главное, чтобы муж Зойи не узнал тебя - ни сейчас, по брошенному в бегстве тряпью, ни потом, на вечернем выступлении.
Не выступать - нельзя.
Кстати, нужно еще успеть вернуться в срок.
Кайнор остановился, чтобы перевести дух и подсчитать потери, нынешние и грядущие. Нынешние не радовали, но и не сильно печалили: кафтан и так уже старый был, пусть подавится он этим кафтаном!
"Ах, Сколопендра меня пожри, свистулька в кармане осталась!" грошовая безделица, но Кайнор на ней отсвистывал ритм для Друлли! Теперь... теперь - полный финал. Потому что собака, умеющая считать, что ни говори, гвоздь программы. Теперь пиши пропало. Жмун с него три шкуры спустит или вообще выгонит наконец из труппы, давно ведь грозился. Опять же, и признаться-то нельзя, что да почему - Лютен, жена Кайнора, ой не дура!.. то есть, дура, конечно, дура, но не настолько же! А фраза "потерял" не пройдет, все знают про Кайнорову внимательность к своим вещам (да и к чужим... н-да... тоже).