О 'космическом мордобое' и многом-многом другом | страница 2
Где же нашел критик новизну? Неужели все отличие в "восточном" колорите?..
Плохо, если критик, пишущий о фантастике, совсем ее не знает. Но полузнание немногим лучше. В статье "Вера а будущее" ("Сов. культура", 1987, 25 апреля) маститый Юлиан Семенов пишет о книге В. Суханова "Аватара". Роман хорош уже тем, считает рецензент, что в нем нет "надуманных чудовищ", которые "издеваются над людьми", нет "коварных инопланетян", которые "в очередной раз уничтожают человечество". Правильно, этого нет. Но разве только этим ограничиваются стереотипы жанра НФ? В романе просто другой "джентльменский набор": экзотический "зарубеж", карикатурно-зловещие империалисты, которые готовят заговор против человечества - но тщетно, ибо благородные одиночки разрушают их коварные планы (если бы не нынешняя мода на культы Древнего Востока, учтенная автором романа, можно было бы подумать, что произведение написано не в 80-е, а в 50-е: расклад всё тот же). К сожалению, Ю. Семенов, пытаясь придать роману побольше значительности, оказывает автору дурную услугу. "Уже в самом взятом из индуистской мифология названии книги, проницательно замечает рецензент, - содержится указание на то, что доброе начало одерживает верх над злыми силами". В эпиграфе же к самому роману читаем: "Аватара... нисхождение божества на землю, его воплощение в смертное существо рада "спасения мира", восстановления закона и добродетели". Как-то делается грустно, когда узнаешь, что в нашей грешной земной жизни без явления воплощенного божества доброе начало плетет и не одержать "верх над злыми силами"...
Вот и Е. Баханов в заметке "Не допустить черного безмолвия! " ("Кн. обозрение", 1987, 31 июля), посвященной фантастическим рассказам Ю. Глазкова, пытается похвалить своего автора. За "достоверность".
Критик пишет: "в них все узнаваемо: научно-технические термины, военно-политические ситуации... Узнаваемы потому, что с ними мы ежедневно сталкиваемся на страницах прессы, в программе "Время", в международных передачах радио". Здесь, в общей-то, дана верная оценка, но не по воле Е. Баханова: действительно, все персонажи и ситуации взяты Ю. Глазковым не из жизни, а именно из газетных статей и передач на международные темы, ничего к ним не прибавляя, кроме нехитрого фантастического сюжета. Критику не мешало бы знать, что даже сверхактуальность темы (гневный протест автора рассказов против американской программы "звездных войн") еще не снимает с фантаста обязанности писать оригинально.