Евангелие от Соловьева | страница 80



Обозначая окончание беседы, я встал, надменно кивнул и пошел к столику, за которым сидел мой закадычный приятель в милейшем окружении.

Глава двадцать девятая

Сашка появился в кафе минут пять назад и растерянно вертел головой. Он был не один, а в компании двух барышень. Одну из них я знал, как-никак жена лучшего друга, а вот со второй встречаться раньше не приходилось.

Со всей прямотой могу сказать, что она хороша, стройна, белокура, волосы до плеч, глаза — серо-голубые цветочки, манят. Словом, русалка.

Кажется, я погибну в пучине сладострастья. Туда мне и дорога. Что там старикашка Мюнстер навыдумывал, не согрешишь — не покаешься, сиречь не спасешься?..

— Санек!

— Володь, ты? Вот это да! Ну ты и изменился! Как ты так похудел? Загорел, костюмчик модный, выглядишь замечательно... А люди, что там сидели, это те, о ком я думаю?

— Не тараторь, сначала представь меня богине и дай поцеловать твою половину.

— Целуйся, целуйся! А это Эльга, подруга моей Яны.

Как же еще могут звать пару к апостолу, небольшая поправка на Россию как место действия и краткий экскурс в историю. Русь крестил Василий, до крещения Владимир, по любви к христианству, привнесенному Эльгой.

Я смотрю в глаза красавицы не отрываясь и встречаю спокойный сильный взгляд.

— Приятно! Какое хорошее лицо...

— Я именно об этом сейчас и подумала, глядя на вас. По телевизору вы совсем другой.

— Ты. Называй меня на «ты».

— Там — ты жесткий.

— Правила игры. Чем ты занимаешься в жизни?

— Искала тебя, а теперь нашла. А в промежутках учусь на психолога.

— Теперь тебе не понадобится искать пациентов — главный уже у твоих ног. Сашка, возвращаясь к твоему вопросу... Да, это они.

— Здорово, растете на глазах, Владимир Рудольфович, отрываетесь от коллектива.

— Не дождешься. Так есть хочу, не могу... По-моему, последний раз ел мясо в Италии, что было недавно, но далековато. Официант!

Прискакал молоденький мальчишечка, в отличие от Сашки и его спутниц видевший незабываемую сцену со стоп-кадром в стиле голливудских боевиков и смотрящий теперь на меня, как на Бога. Что я мог сказать ему: «Рыбин и хлеба! И я накормлю все заведение»? Вряд ли посетители удовлетворились бы столь скудным меню.

— Давай-ка, брат, тащи из закромов Родины меню два раза и компот. А точнее, скажи повару, что я пришел с друзьями, что мы соскучились по правильной еде. Пусть расстарается, чертяка (упс... с языка слетело) ! Только не забудь, Яна вегетарианка, мы с Сашком по баранинке, а Эльге креветок. И пулей! Но учти, я ни на что не намекаю.