Интриганка, или Бойтесь женщину с вечной улыбкой | страница 45



— Да какой я буржуй. Посмотри на меня. Разве я на него похож?

— Еще как. Хорошо тебе.

— Да и не так уж мне хорошо. Я просто много работаю. Кстати, как там Зина?

— Нормально. Что с ней будет-то?

— Не обижаешь?

— Если не выпросит, то не обижаю. Баба должна знать свое место.

— Это собака должна знать свое место, а женщина-то при чем?

— Баба она и есть та же самая собака, разве только что не воет.

— Паша, а хочешь в кафе какое-нибудь заедем? Посидим, выпьем, за жизнь поговорим. У меня еще есть полчаса.

— Да я как-то не одет, чтобы по кафе ходить. Послушай, будь другом, дай мне на бутылку по старой дружбе. Если не хочешь по старой дружбе, то, когда ты в следующий раз из своей Америки приедешь, я тебе обязательно отдам.

— Да не нужно мне ничего отдавать.

Растерянный Майкл полез в карман, достал из него бумажник и вытащил пару стодолларовых купюр.

Обезумевший мужчина выхватил предложенные ему доллары и расплылся в безобразной улыбке, обнажив при этом свои гнилые зубы.

— Столько хватит?

— Хватит. Ты не представляешь, как я тебе благодарен. Век не забуду. Я тебе в следующий раз обязательно отдам.

— Да не нужно мне ничего отдавать.

В этот момент из дома вышла спившаяся женщина, от которой за версту несло перегаром. На голове женщины была грязная, поеденная молью косынка, а ее давно не стиранная одежда вызывала даже не жалость, а раздражение на то, что такие, как она и ей подобные, позорят наш женский род. Пашка бросился к женщине и замахал перед ее лицом двумя стодолларовыми купюрами.

— Зина, Зинка! Смотри, сколько у нас теперь денег! Теперь можно бухать целый месяц!

— А кто дал тебе такие деньги? — смачно сплюнула на землю женщина и закашлялась так, будто у нее туберкулез.

— Мишка.

— Какой еще Мишка?

— Да вот, перед тобой стоит. Он раньше в нашем доме на втором этаже жил.

— Мишка?! — Женщина поправила свою косынку и подозрительно посмотрела на Майкла. — Это, что ли, который в Америку уехал?

— Точно! С которым ты раньше любовь крутила. Представь, если бы ты тогда его, а не меня выбрала, то была бы сейчас такой же буржуйкой, как и он.

— Здравствуй, Зина. — В голосе Майкла послышалась неподдельная грусть.

— Мишка, ты, что ли? — брезгливо посмотрела на него женщина. — Ты что сюда прикатил? Посмеяться над нами хочешь? Не терпелось посмотреть, какими мы стали? А мы такие, какие есть. Мы по американским улицам не гуляем, на лимузинах не ездим, в дорогих ресторанах не сидим. Пожалеть нас решил, денег дал. Что-то вроде благотворительности. Так вот жалеть нас не нужно. Мы нормально живем, и нас все устраивает. Я с Пашкой счастлива и ни о чем не жалею.