Когда я снова начал соображать, наш "Поиск" уже покачивался на посадочных амортизаторах.
- Приехали, - сказал Эрли. Сплошная стена огня бушевала вокруг ракеты.
Циладзе снял наушники и подошел к командиру.
- Зря ты так, Эрли. Все-таки где-то должны же быть космодромы.
- Ладно, - сказал Мюллер, - могло быть хуже, правда, Малыш?
Я не ответил, потому что у меня началась икота.
- Выпей воды, - сказал Эрли.
- Пустяки, это нервное, - сказал я.
Арсен включил наружное огнетушение. Фонтаны желтой пены вырвались из бортовых сопел, сбивая пламя с горящих веток.
- Как самочувствие, Малыш? - спросил Эрли. Я снова икнул несколько раз подряд.
- Перестань икать, - сказал он, - на всю жизнь все равно не наикаешься.
- Что теперь? - спросил Арсен.
- Газ. Пять часов. Выдержишь, Толик?
- Попробую, - сказал я.
- Лучше подождем. - Мне показалось, что Эрли даже обрадовался предоставившейся возможности оттянуть дезинфекцию. - Ты пока приляг, а мы с Арсеном побреемся.
Арсен засопел. Предложить Циладзе сбрить бороду - все равно, что просить павлина продать хвост.
Эрли достал из ящика пульта принадлежности для бритья и кучу всевозможных флаконов. Он всегда с большой торжественностью обставлял эту процедуру.
Я подумал, что командир нарочно откладывает момент выхода из ракеты, чтобы дать нам возможность подумать о главном. В полете нам было не до этого.
- Нам торопиться некуда, - сказал он, разглядывая в зеркальце свой подбородок, - нас сорок четыре столетия ждали, подождут еще.
- Ждали! - сказал Циладзе. - Как бы не так. Нужны мы тут, как кошке насморк.
"Ага, началось", - подумал я.
- А ты как считаешь, Малыш?
- Нужны, - сказал я, - От таких экспонатов не откажется ни одна цивилизация. Сразу - в музей. "А вот, дети, первобытные люди, населявшие нашу планету в двадцать первом веке, а вот примитивные орудия, которыми они пользовались: космический корабль с аннигиляционными двигателями и планетарный робот-разведчик".
- Так, так. Малыш. Ты про бороду еще скажи.
- Скажу. "Обратите внимание на слабо развитые височные доли одного из них и вспомните, что я вам рассказывала про эволюцию Хомо Сапиенс".
"- Глупости! - сказал Эрли. - Человек не меняется с незапамятных времен, и наши потомки в шестьдесят пятом столетии...
- Человек не меняется, - перебил Арсен, - а человечество, в целом, очень меняется, и техника идет вперед. Страшно представить, что они там понавыдумывали за сорок четыре столетия.
- Ладно, - сказал Мюллер, - разберемся и в технике. Давай-ка лучше газ.
