Вергилиева Энеида, вывороченная наизнанку | страница 14



Но не укрался ж от Гекубы
Приам, чтобы идти на бой.
Вскочила вдруг оскаля зубы,
И подняла по-бабьи вой.
«Куда ты, старый чорт тащишься?
«Не впрямь ли смерти не боишься.
«И вздумал также воевать?
«С твоей ли дряхлой головою,
«И с поседелой бородою?
«Подлезь-ка лучше под кровать.»
Ея последовать совету
Приам решился в тот же час.
«Так право, места лучше нету,
«И безопаснее для нас.»
И уж совсем было собрался;
И лезть под ложе нагибался;
Но с шумом отворилась дверь.
Влетел тут Пирр и с молодцами,
На старика щелкал зубами
Как на быка голодный зверь.
«Постой, кричал, седая крыса!
«Постой, теперь уж не уйдешь;
«Со мной не так, как у Улисса,
«Не расплатясь не отойдешь.»
Сказав сие схватил за глотку;
И треснул оземь как молодку
Рассерженный с похмелья муж;
И растяня его как кошку,
Снес голову с него как плошку.
Весь вышел дух в минуту ту ж.
А я беду ту неминучу
Увидевши, скорей бежать,
Чтобы в такую грозну тучу
И мне с другими не пристать.
Я был тогда не без догадки;
Резвее зайца без оглядки
Лишь пятки вверх вбежал во храм;
Стараясь прятаться за стену,
Нашел красавицу Елену
Прижавшись в уголочке там,
«Ты здесь, и мне попалась в руки»,
Сказал я разъярившись ей,
«Тобой все греческие штуки
«Состроились в сторонке сей.
«Теперь, сказать всю правду матку,
«Изволь-ка учинить расплатку
«За то своею головой;
«Чтобы и прочи наши жены
«Боялись жечь Троянски стены,
«Пример я покажу тобой.
«Твою смазливую я душу
«Своей рукою погублю;
«Всю отрясу тебя как грушу,
«И в мелки щепки изрублю,
«За наши все тебя напасти
«Как тушу раскрою на части
«И разошлю по городам;
«Чтоб все троянцы то узнали,
«Что здесь от бабы погибали,
«И впредь не верили женам.»
Я мнил; хотя и непристойно
Герою женщину убить;
Но уж давно ее достойно
Скорей из света истребить.
Сорвя негодную крапиву,
Чтобы не заглушала ниву,
Другим я травам дам простор;
Чтоб жены не трясли губами,
Язык держали за зубами,
Из изб не выносили сор,
Уж вытащил до половины
Свою шпажицу из ножен,
До самой чтоб ее средины
Рубнуть, как позавялый клен.
Но вдруг Венера подскочила,
С рукою меч мой ухватила,
Сказала мне: «Постой, сынок!
«На что теперь так расходился,
«Над бабой столько расхрабрился?
«К чему некстати так жесток?
«Убавь хоть малу крошку грома
«На бабу сабли не востри;
«И то, что делается дома,
«Гораздо лучше посмотри.
«В чужое не вступайся дело,
«Не харабрись о нем так смело;
«Но уплетай скорей домой.
«Твоя Креуза и парнишка
«И мой любовник старичишка>[3]
«Забудут грусть свою с тобой.»
Потом как будто подлипале
В десницу мне дала лорнет,