Капитан Весна | страница 26



Вдруг Бертран поднял руку:

— Слушайте!

Во дворе что-то загремело и упало с глухим стуком.

— Пустяки, — сказал дядя Сиприен, — просто снег упал с крыши курятника.

Бертран соскочил с табурета и бросился к двери. Я пошел за ним. Мы приоткрыли тяжелую деревянную створку.

— Скорей закрывайте! — закричала нам тетя Мария.

В кухню ворвался холодный воздух. Закачался абажур. Языки пламени в очаге заколебались под незримым ледяным дыханием зимней стужи.

Мы с порога смотрели в ночь, окутанную белой пеленой. Тихо падал снег. Все замело — дома, сараи, изгороди.

— Что вы там увидели, мальчики? — спросил дядя Сиприен.

— Ничего, — ответил Бертран. — Снег не перестает. Завтра не пройдешь, не проедешь.

Сиприен Валетт покачал головой:

— После всех событий поневоле станешь подозрительным. В такое время нужно держать ухо востро. Никогда не знаешь… — И, внезапно изменив голос, добавил: — Ладно, допивайте свое вино!

Тетя Мария весело запела:

Другу милому Катрин
Номерок достался пять.
Все же ты, Катрин, не плачь:
Твой любезный не уйдет.
Регент в Сен-Собра сказал:
«Должен он остаться тут».
Ты. Катрин, не плачь: дружка
Никуда не заберут.
И священник в Сен-Сернен
Молвил: «Милый нужен тут».
Ты не плачь, Катрин: дружка
Никуда не заберут.

— Это старинная песня рекрутов, — объяснил дядя Сиприен. — Жених Катрин тянул жребий. И вот парню не повезло. Ему достался маленький номер, и он должен отправляться на военную службу. Но тут один за другим ему приходят на помощь влиятельные лица. Они добиваются того, чтобы его оставили дома и чтобы он мог жениться. Кончается тем, что парень не уезжает и женится.

Засиделись мы в этот вечер намного дольше обычного. Горячее вино развеселило нас, и мы хором подхватывали песни следом за тетей Марией и дядей Сиприеном. Огонь ярко пылал. Бертран подкинул охапки каштановых веток, и они трещали и стреляли, выбрасывая белые языки.

Ветер утих. Горы погрузились в сон. А снег все падал и падал с белесого неба на невидимые лужайки, и на крыши домов, на деревья, покрытые пушистой белой мантией.

Когда мы поднялись в свою комнату, мне захотелось полюбоваться ночным пейзажем. Я подошел к узкому оконцу без ставен, открывавшему вид на долину и деревню. Сквозь запотевшие стекла мало что можно было разглядеть.



— Ложись быстрее! — сказал мне Бертран. — Пока постели теплые и грелка не остыла.

— Сейчас иду! — буркнул я.

Сквозь мутное стекло я вдруг заметил нечто такое, что заставило меня забыть о теплой постели. Какая-то тень медленно передвигалась по снегу и только что миновала наш дом. «Собака», — сначала подумал я. Нет, это существо было выше и крупнее собаки.