На грани миров. Цитадель | страница 48



Порывшись в кармане форменных брюк, Ринар выудил на свет какой-то предмет и потянулся к моему лицу.

— Тари, закрой глаза. — Тихо и как-то даже нежно, прошептал он, а я околдованная его голосом и теплыми пальцами, коснувшимися моей скулы, прикрыла веки. Следом за ладонью лица коснулось теплое дыхание парня. Я замерла, боясь шевельнуться и млея от одного того, что находилась к нему так близко. Низшие, если так будет все дни в доме его родителей, я готова умереть на месте!

— А-ах! — Вскрикнула, подскакивая на месте, так как в следующую секунду острая боль коснулась виска, разбегаясь обжигающей волной от лица и к затылку. Оттолкнув Ринара, покачнулась снова, и не устояв-таки на ногах, плюхнулась на пол. — Что ты… что ты сделал?!

По лицу текли слезы, а висок продолжало неимоверно жечь, казалось еще пара секунд и кожа начнет слезать пластами.

— Ничего, ничего! — Весело произнес он, протягивая руку и помогая мне подняться, — просто помолвочная вязь, а то нам не поверят.

— Что? — С трудом делая вдох и преодолевая приступ боли, рванула к крошечному зеркалу, расположенному рядом с моей кроватью и вгляделась в продолжающие расползаться по моему виску узоры. — Ты с ума сошел! Это же противозаконно! Высшие, еще и невероятно больно!

Развернувшись к нему, потянулась и убрала распущенные по плечам волосы Ринара. Его виски были гладко выбриты и чисты.

— А ты?.. — ошарашенно замерла. — Ты не стал делать вязь?

— Нет, конечно! — Расхохотался парень, — Тари, у меня большие планы на эту поездку! Мне только помолвочной вязи не хватало!

— Идиот! — Взвизгнула, толкая его со всей силы в грудь. — Сволочь! To есть ты надумал развлекаться?! А обо мне ты подумал?! Я может тоже хочу!

— Тихо, тихо! Тари, в конце концов, — он поймал кулаки, которыми я уже со всей дури молотила его по плечам и груди, норовя ударить как можно сильнее, — какие развлечения?! Ты сама согласилась исполнять роль моей невесты! Будешь сидеть дома и изображать хорошую девочку! Кушать пироги, скрашивать вечера моим родителям и обсуждать будущих внуков…

— Пошел ты! — Из глаз брызнули слезы, а боль от ложной вязи стала практически невыносимой, — пошел ты, урод! Я не домашняя девочка, что бы сидеть дома и печь пироги с твоей мамой! Я страж!

— Тари… — его голос снизился практически до шепота, что заставило меня автоматически начать прислушиваться, — т-ш-ш-ш! Ну что ты… Больно, да? Ну прости… — он аккуратно поймал мои ладони и прижал их к своей груди одной рукой. Вторая уже обвилась вокруг моих плеч, прижимая еще ближе. Пара секунд и я в капкане его тела, млею от тепла и запаха. Боль начинает отступать, растворяясь в его тихом голосе.