Опасная связь | страница 99



– Коллинз? Ты это серьезно?

Сердце на секунду сжалось, прежде чем верх взял инстинкт собственника. Закипевшая кровь побудила Ландена поспешно возразить:

– Этот человек невыносимо скучен и достаточно стар, чтобы годиться ей в отцы. Он никогда не сможет укротить мятежный дух твоей сестры.

Последние слова прозвучали резко и категорично.

«Не сможет ни укротить ее острый язык и буйную страсть, ни понять ее озорные проделки».

– Вот еще! Не обольщайся тем, что Коллинз выглядит смиренным! Не сомневаюсь, что он сумеет укротить Амелию!

На этот раз Мэтью не пытался сдержать смех:

– Ему придется унаследовать семью брата. Амелия будет слишком занята выводком из шестерых ребятишек, чтобы устраивать хаос и причинять кому-то неприятности.

С этими словами он поднял несколько кусочков и снова склонился над пазлом, не заметив свирепого взгляда Ландена.

– Никогда не считал тебя жестоким. Что привело к такому решению? – осведомился тот, стараясь не повышать голос, хотя грудь почему-то сжимало тисками.

Мэтью поднял голову.

– Я вовсе не жесток, – мрачно заверил он. – Этот договор – благо для обеих сторон. Амелия должна понять, что такое долг и ответственность. Не успеваю я оглянуться, как она оказывается в самом центре очередной проблемы, которую приходится решать мне. Скоро ни один мужчина не захочет ее. Сестру станут считать изгоем в обществе. Ее просто раздавят. Она осознает, что нельзя повернуть время вспять, нельзя вновь получить те возможности, от которых она так безрассудно отказывалась сезон за сезоном. Этой помолвкой я ее защищаю. И не стоит думать как-то иначе.

Ланден поморщился, слушая откровения Мэтью.

– Убедительный аргумент, – обронил он. Отвернулся от окна, и взгляд его упал на дверь чулана. Кровь снова забурлила, словно вторя его воинственному настрою. Он отвел глаза. Черт побери все! Каждый раз, когда он пытался избавиться от созданного воображением ее образа, перед глазами вновь вставало видение густых локонов, в которых переливались утренние лучи. Он не имел права целовать ее, касаться, воображать, что лежит с ней в постели, ласкает и любит. Он не искал постоянных привязанностей. И все же каким-то образом она завладела большой частью его сердца.

– Так или иначе больше это тебя не касается. Мне вообще не следовало просить у тебя о столь нелепом одолжении. А ты принял мою просьбу близко к сердцу. Больше тебе ни к чему беспокоиться. Считай, что тебя освободили. Забудь Амелию и живи, как ни в чем не бывало.