Любовь вне закона | страница 50



Дверь снова распахнулась, растянув пружину. На лестничную площадку, как и следовало ожидать, выбежал парень в водолазке. Он только начал поворачивать голову, уловив чужое присутствие, когда Пампурин изо всех сил толкнул его в твердую спину. Пожалуй, этого усилия не хватило бы, если бы парень успел остановиться. Но ему не удалось упереться подошвами в скользкие плиты и, раскинув руки, он взлетел над лестничным проемом.

Казалось, его фигура так и будет парить в воздухе, но тут сработало земное притяжение, и он устремился вниз, постепенно разворачиваясь в полете. Сначала он был виден весь, от макушки до пяток, потом перед глазами Пампурина возникли расставленные подошвы, потом появилось лицо с разинутым ртом. Крик вырвался лишь перед самым падением, поэтому был краток. Гораздо громче прозвучал удар тела об пол, донесшийся до ушей Пампурина. Вокруг головы парня образовался жидкий красный нимб. Он даже пальцем не пошевельнул. Две секунды назад он был полон сил и желания догнать жертву, а теперь никуда не спешил и ничего не хотел. Лично для него все было кончено.

Пампурин высунулся в коридор. Второй парень улепетывал во все лопатки, доставая на ходу мобильник. Пришлось идти за ним на другую лестницу. Пампурину вовсе не хотелось смотреть на труп вблизи. Того, что он успел увидеть, было вполне достаточно.

* * *

Наташа сидела на заднем сиденье, где ее было труднее заметить снаружи. В ее душе царил полный сумбур. Чудовищный водоворот событий увлек не только ее, но и самых близких людей — родителей. Что будет с ними всеми дальше? Неужели Наташе придется всю жизнь скрываться? А как же отец? Как мама? Не проще ли сдаться, пока не поздно? Говорят, за явку с повинной срок могут убавить чуть ли не вдвое. Значит, вместо пожизненного заключения получится…

«Так, — размышляла Наташа. — Допустим, люди живут в среднем до восьмидесяти лет. В таком случае, при вынесении приговора подразумевалось бы, что я проведу за решеткой шестьдесят лет. За явку с повинной мне дадут только тридцать. Выйду я из заключения почти пятидесятилетней бабой. Скорее всего, беззубой, больной, опустившейся. На работу такую не возьмут, разве что полы мыть. Нищета, прозябание, одиночество. Спрашивается, зачем такая жизнь нужна?»

Неизвестно, до чего довели бы Наташу подобные размышления, если бы они не были прерваны появлением матери. Увидев машину, она не села в нее сразу, а прошла мимо и вернулась, проверяя, все ли в порядке.