_ | страница 102



В прежние дни было спокойно и безопасно, однако прогресс стаял на месте, все жили примерно на одном уровне, и никакой свободы. Лично я никогда не страдала от недостатка свободы, но Сергея эта проблема затронула, потому что он был старше, больше читал и больше понимал Он многое знал о Сталине и описывал его мне так, словно это был не человек, а страшное, хитрое чудовище. Сергей ненавидел Сталина. И хотя мы редко говорили о подобных вещах, я знала, что Сергей не любил Горбачева. Он не испытывал к нему ненависти, но когда однажды его имя прозвучало по телевизору, Сергей сказал:

— Он плохой человек, разрушил страну, а себе устроил прекрасную жизнь. Слишком быстро пошел по пути перемен.

Меня удивили его слова, потому что при правлении Горбачева наши жизни — Сергея и моя улучшились, мы смогли поехать в Америку и стать профессионалами. Однако Сергей смотрел на Горбачева глазами своих родителей, которые были не в состоянии понять и принять новый мир со всеми его новыми идеями.

Мой дедушка тоже не принял Горбачева. Его поколение прожило жизнь, постоянно слыша призывы, что нужно стремиться вперед и вперед к светлым вершинам. А теперь, ни с того ни с сего Горбачев предложил резко повернуть в сторону. Он много говорил о переменах, а это ужасно злило пожилых людей, потому что они были слишком старыми, чтобы перемены могли принести им какую-нибудь пользу; все ушли вперед, а их просто оставили позади. Всю свою жизнь они работали ради идеи, теперь же их начали убеждать, что идея была неправильной. Даже если это и к лучшему для молодых, старики только проиграют от перемен. Поэтому Сергей беспокоился о своих родителях, которые были ближе к старому режиму, чем мои, ведь оба работали в милиции. Получилось так, что после долгой трудной жизни, полной забот и лишений, им сказали: «Ваша революция, прошедшие семьдесят лет — все это было никому не нужно».

Сергей был русским до мозга костей и только в России чувствовал себя в своей тарелке. Сергей ехал в Америку, чтобы работать, а в Россию возвращался, чтобы обрести душевное спокойствие. Он считал, что фундаментальное различие между американцами и русскими состоит в том, что русская культура богаче и старше, а ее корни прочнее. Существуют постоянство, упорство, стоицизм, уважение к традициям, характерные только для России. По сравнению с нашей американская культура слишком молода. Американцы постоянно ищут новое, используют его, а потом отбрасывают в сторону, потому что возникает что-то другое, к чему и устремляются все их помыслы.