Сто семидесятая | страница 63
Мне отчаянно не хватало воздуха и тело само пожелало сделать вдох. Но стоило лёгким раскрыться шире, как выкручивающая суставы агония заставила взвыть зверем. Скорее всего, мой раздирающий душу рёв был не громче писка, но наковальня безжалостной боли расплющила тело, рождая очаг глубоко в груди.
Вокруг раздавался шум.
— В камеру, — словно издалека прозвучал голос ратенмарца.
Ему не ответили, но меня вдруг оторвало от пола и тело заныло разом. От нового приступа боли я потеряла сознание.
Глава седьмая ЦЕЛЬ
Очнулась я в уже знакомой камере. Всё те же синие костюмы, мелькающие за прозрачной панелью капсулы, всё та же непонятная суета вокруг.
Воспоминания о предшествующих событиях возвращались не спеша. Сначала я вспомнила, как уже была здесь. Затем проделала небольшой путь до каюты капитана. После была Обеденная, наглая рожа Джена и его грязные слова обо мне. Я не молчала. Я нагрубила ран Альрону и он отправил меня сюда.
Почему вместо этого я не успела отправиться к праотцам?
Последняя мысль привела в уныние, заставив немного упасть духом.
Не знаю, сколько я провела в Оздоравливающей, но вот за мной снова пришли, и снова я шла уже хорошо известной дорогой.
Каюта капитана.
Внутри ожидающий меня ран Дарий Альрон.
Капитан молча скользнул по мне взглядом. Сведённые брови, прямая линия подбородка.
— Мозги встали на место? — холодно поинтересовался он.
Моё молчание заставило ратенмарца подняться и подойти ближе. Затянутые в перчатки пальцы легли на мой подбородок, ран Альрон надавил, заставив смотреть ему в глаза.
— Нужен урок на закрепление или ты образумилась?
Я не ответила, тупо глядя на него.
— Я сломаю тебе руки, — просто произнёс он, впрочем, не оставляя ни единого сомнения в реальности обещания.
Мы уставились друг на друга в молчании. Пока я не подняла руки выше, намереваясь облегчить ему задачу. В его глазах мелькнули раздражение и злость.
— Пошла вон отсюда! — прорычал он, с силой вытолкнув меня наружу.
Я пролетела узкий коридор, впечатавшись в противоположную стену. Панель передо мной скрыла чёрную фигуру. Сглотнув и сделав вдох, поплелась к собственной каюте. Сердце медленно успокаивалось.
Пережить страшную боль повторно я очень боялась. Да, боялась. Но не настолько чтобы снова превратиться в ничтожество, каким существовала последние две дюжины. Если мне суждено сдохнуть в муках, так тому и быть. Если он захочет ломать мне руки или жечь электричеством — пусть. Пусть будет боль. Я задолжала это всему своему народу, медленно позволяя лепить из себя… кого? Ратенмарку? Не знаю. Возможно, ран Альрон действительно был прав.