Говорящая ветошь (nocturnes & nightmares) | страница 38



тттттт т т
T___T

Из сочинений Саши Цветковой (объединение «Мир Искусств Котика Верблюдова»)

«Зачем зверушкой губ…»
# #
Зачем зверушкой губ
Хозяйничаешь в теле,
Где буквы тлели?
И кожей рвешь сухой,
Слоистый листьев ворох,
В краях которых
И полумрак и мрак?
Я верю в листья-буквы,
Я верил в звук бы,
Не в звук, а в голос кож,
Повышенный до визга.
Но текст – забрызган…

Куплеты Скотопоэта

предисловие
Скотоприимный дом в забытом Богом
Скотопригоньевске
где всё завертится неподецки.
Но сейчас нет
тишь да гладь кругом
будто в скотолепсию городок впал.
Извозчик цок цок
бабы детки и немногочисленный
планктон разночинный
да и Ставрогина рог
в небо не упёрся.
Лишь инсургенты и е. нарии
скотурны культуры отшвырнув
предвкушенную мусолят
скотовасию –
бесоворота
творог
алый
скотарсис бесовской
на вые города тень
быдла длани
нет?
да так и есть
скотострофы бес
формы
не ямбы
а мы бы
я бы им…
эх зренье скоторактой
эх жизнь не жизнь
скотофалк без руля
и ветрил…
Тьфу!
Мiр ваш засыпан Достом
как дустом.
Часть I
«Стихотворенья как борцы сумо…»
# #
Стихотворенья как борцы сумо
напыжились. Как Вечносте само.
«– Побольше пафоса, поменьше сквернословья…»
# #
«– Побольше пафоса, поменьше сквернословья.
Не понял: что, вы ставите условья?!»
(вздыхая) «… избыточно поэтов поголовье…»
«Зять любит взять, а муза любит сложность…»
# #
«Зять любит взять, а муза любит сложность.
Скотопоэт, ты Вечности оплошность…»
«Осторожно, Лидок…»
# #
Осторожно, Лидок,
завтра ледок.
«сапожки-ботфорты, на кофточках стразы…»
# #
Сапожки-ботфорты, на кофточках стразы.
идут.
красивые, заразы…
«на похоронах Рифмы…»
# #
На похоронах Рифмы
сочиняли рифф[1] мы:
парап-п-па-памп
даже не рифф, а вамп[2][3]
«Аглая…»
# #
Аглая:
ну не смогла я[4])
Часть II
вокзал
«я был среди ночи разбужен
и снова как в сон погружён
в липкий холодный ужас.
придавлен каким-то невидимым весом
что и голову не приподнять
и лёгкие как будто тестом
наполнили.
и я стал кричать.
но крик изо рта не вышел
лишь затряслась кровать.
но вдруг «завали-ка е. ло»
мне голос тихо сказал.
и алою язвой вспылал он,
ну этот вход. в ада вокзал.»
вот такой рассказ странный.
был он то ли спившийся мент
а может какой-то дипломат иностранный
или с кафедры фашизма доцент.
это было в закутке «живое пиво»
в стекляшке у метро университет.
несколько личностей пьющих и блюющих лениво.
и среди них он.
и его сна кастет.
всё стихло.
слов его свёрла
гудели в сознании их.
но новая жизнь мокрой тряпкою стёрла
метафр иссопливленных жмых.
не знаю
криз гипертонический
стенокардия или что там
бедолагу душили тогда посреди ночи –