Удивительные и необыкновенные приключения Лады и маленькой феи добра и справедливости | страница 36



А наивная Лада отвечала:

– Так это, наверное, лучше, когда певец стоит на одном месте – ему удобнее так петь. Ведь его главное профессиональное дело – это петь красиво и с душой. А уж танцуют вокруг него пусть профессиональные танцоры. Каждый должен быть профессионалом в своем деле. Певец должен профессионально, красиво петь своим голосом. Танцоры должны профессионально, красиво танцевать своими ногами.

– Наивная Лада, – отвечал Гаврош. – Вон сколько у нас певцов поют на эстраде и по телевизору. А еще, по телевизору, работают целые фабрики звезд, готовящие на потоке певцов. И певцов сейчас сотни и сотни. И вся эта армия, сотен и сотен певцов, поет под «фанеру» на бесчисленных концертах нашей необъятной страны, то есть по простому: делают ремесленные чесы по стране. И отличаются они друг от друга только яркими прозвищами, одеждой и разной степенью умения прыгать и скакать. Что артист – это прежде всего яркая личность, индивидуальность не похожая на других – там не принято вспоминать. А профессиональных певцов, т. е. ярких личностей, обладающих красивым голосом и умением петь – только десятки.

Маленькая Фея тоже как и Лада, была наивна в законах ремесленного шоу-бизнеса, а потому, по своей наивности, и предложила свое решение этой проблемы, которое перевернуло вверх тормашками налаженный конвейер выступлений звезд разной величины на этой сборной солянке, т. е. извиняюсь, на этом эстрадном концерте.

На сцене прыгала и скакала очередная звезда, уж и не знаю какой величины. Голос ее звучал красиво и насыщенно. Трели и переливы голоса неслись со сцены, как будто там пел соловей. И вдруг, что то случилось. Зрители увидели, что певица замолчала, но при этом почему-то судорожно открывала и закрывала рот. И так несколько минут под звуки сопровождающей ее музыкальной группы. Музыка играла мотив песни. А певица только беззвучно в такт открывала и закрывала рот, прыгая и скача по сцене при этом. Зритель начал смеяться. Наконец, до певицы дошел смех зрителей. Она поняла, что случилось нечто непоправимое. Исчезла «фанера», исчез «придуманный, ненатуральный, записанный ранее голос, который она выдавала за свой. И певица впервые, за многие годы, запела на сцене своим натуральным голосом. Голос ее во истину был ужасен. Она уже давно простудилась в этих бесконечных поездках с концертами по стране. Натуральный ее голос был сиплый, охрипший. Пела она невпопад, не в такт, безбожно фальшивя при этом. Довольный зритель хохотал, гоготал. Зритель буквально умирал от хохота. И когда осипшая певица закончила петь своим натуральным голосом, зритель наградил ее такими бешеными аплодисментами, которых она не видела за всю свою артистическую карьеру, когда пела красивым, записанным заранее, ненатуральным голосом. Со следующей певицей случилось то же самое. В начале она пела под «фанеру», затем «фанера» исчезла. И опять зритель услыхал жалкие звуки натурального голоса. Наверное, многие девочки из художественной самодеятельности в школе, пели бы на этой сцене натуральными голосами лучше, чем эта певица, которая была то же звездой, не знаю уж какой там величины. Дальше ни один певец или певица не захотели, не рискнули выходить на сцену. Все боялись петь своим натуральным голосом, от природы, которого у многих из них, вероятно, не было. Концерт явно срывался. Второй акт только начался. И до конца концерта оставалось еще минут 50. И тут, с галерки, замахала рукой девочка-школьница. – «Можно мне спеть? – закричала она. – Я буду петь своим, натуральным голосом. Другого у меня просто нет».