Чувство и чувствительность | страница 61



Sir John did not much understand this reproof; but he laughed as heartily as if he did, and then replied,Сэр Джон не вполне понял эту отповедь, но расхохотался так, словно выслушал что-то чрезвычайно забавное, а затем ответил:
"Ay, you will make conquests enough, I dare say, one way or other.- Вот-вот! Уж вы-то будете покорять направо и налево.
Poor Brandon! he is quite smitten already, and he is very well worth setting your cap at, I can tell you, in spite of all this tumbling about and spraining of ankles."Бедняга Брэндон! Он-то давно влюблен по уши, а его поймать в сети стоит, уж поверьте мне, как там ни падай с круч и ни вывихивай щиколотки!
CHAPTER 10Джейн Остин Глава 10
Marianne's preserver, as Margaret, with more elegance than precision, styled Willoughby, called at the cottage early the next morning to make his personal enquiries.Спаситель Марианны, как, блеснув красноречием, но слегка уклонившись от истины, назвала Уиллоби Маргарет, явился в коттедж спозаранку узнать о здоровье мисс Марианны.
He was received by Mrs. Dashwood with more than politeness; with a kindness which Sir John's account of him and her own gratitude prompted; and every thing that passed during the visit tended to assure him of the sense, elegance, mutual affection, and domestic comfort of the family to whom accident had now introduced him.Миссис Дэшвуд приняла его не просто любезно, но с сердечностью, рожденной и признательностью, и тем, что она услышала о нем от сэра Джона. Этот визит должен был уверить молодого человека, что в семье, с которой свела его судьба, царят благовоспитанность, утонченность, взаимная привязанность и домашняя гармония.
Of their personal charms he had not required a second interview to be convinced.В чарах же их самих убеждать его вторично необходимости не было ни малейшей.
Miss Dashwood had a delicate complexion, regular features, and a remarkably pretty figure.У мисс Дэшвуд был очень нежный цвет лица, черты которого отличались правильностью, и прелестная фигура.
Marianne was still handsomer.Но Марианна не уступала сестре в миловидности и даже превосходила ее.
Her form, though not so correct as her sister's, in having the advantage of height, was more striking; and her face was so lovely, that when in the common cant of praise, she was called a beautiful girl, truth was less violently outraged than usually happens.Может быть, сложена она была не столь гармонично, но более высокий рост лишь придавал ее осанке известную величавость, а лицо было таким чарующим, что называвшие ее красавицей меньше уклонялись от истины, чем это обычно при светских похвалах.