Кэтрин | страница 2
А ученики, как только в их памяти более или менее прочно накопилось с пол сотни английских слов, как-то сразу осмелели. Эта, казалось бы, маленькаядобавка совместно с долго невостребованнымибогатымизнаниями,опытомилюбознательностью к новой для них стране, составляли уже что то вроде критической массы в атомном устройстве, которая в любую минуту могла непроизвольно вспыхнуть потоком всего того, что онизнали и множеством вопросов по поводу того, чего они не знали.
Положив папку с бумагами на стол, Кэтрин, как всегда, сразу приступила к делу. На этот раз урок обещал быть более интересным. Всем до чертиков надоело уже мусолить рутинные грамматические правила и учительница, понимая это, ввела новинку, - беседу на 20 минут о выдающихсясобытиях прошлых лет, происшедших в мире в текущем месяце.
- Февраль месяцотмечен весьма знаменательнымиисторическимимоментами, начала она и в блеске ее глаз угадывалось предвкушение интересного урока.
На предыдущем занятии каждому было вручена подробная программа урока, которую онаделаланакануне до поздней ночи. И, кстати, из последних сил. Потому, что она одинокая женщина с двумя детьми, которые уже взрослеют и забот вокруг них достаточно много.
- Давайте посмотрим, кого и что подарил человечеству февраль месяц.
Начали с того, что нефть в Техасе была открыта еще в 1901 году. Потом о том, что в 1920-м Лига Наций заявила, что не будетбольше никогдавойны. И все по этому поводу почему-то весело посмеялись, хотя к статибыло бы горько поплакать. А дальше о том, что родился Джек Лондон; Сталин начал репрессии против врачей евреев; о Бенедикте Арнольде, генерале - герое и вместе с тем изменнике в освободительной революционной войне против Англии; Мольере, французскомдраматурге; Мартине Лютере Кинге, борце за гражданские права, и т. д. И , наконец,о том, что в этом же месяце родился Антон Павлович Чехов.
Сема, пожилой мужчина лет 60-ти из Киева, давно уже испытывал нетерпение поделиться привезенным в эту страну интеллектуальным богатством на новом для него языке. Он беспокойно ерзал на своем стуле с поднятой кверху рукой и с чрезмерной четкостью, которая совершенно неприемлемадля английского, много раз повторял:
-I have a question, Ай хев а квесчн. У меня - вопрос.
Желание высказаться было настолько сильным, что он не в силах был учесть того, что учительница в это время о чем - то говорила. Но разрешение, наконец, получено. Сема задает свой вопрос.