Привыкнуть друг к другу можно и без слов это совсем не долго | страница 53
Оказалось, там уже были свободные места, и Биргит Н. давно могла бы улечься на свежезастеленную койку, но схватки были такими сильными, что ей было не до того, к тому же завотделением доктор Монат и все дежурные медсестры совершенно забыли про нее. Дежурная сестра Дорис торопилась обратно в ординаторскую по уважительной причине, ее больная мать лежала дома одна в ожидании Дорис и окончания ночи. Я скажу врачу, пообещала Дорис, уже на ходу снова расстегивая халат.
Уборщица, которая сама произвела на свет четверых детей, чувствовала себя ответственной за Биргит Н. Она села на край кровати, хотя ей нельзя было находиться в родильном зале во время родов, взяла Биргит Н. за руку и пробормотала: ах ты, бедняжка. Биргит Н. стонала сдавленно и монотонно, сжимая чужие пальцы, ее ночная рубашка насквозь пропиталась потом. Когда она стала тяжело дышать и метаться по узкой койке, уборщица быстро поискала глазами доктора и, к своему удовлетворению, убедилась, что он не мог ее слышать.
Давай, бедняжка, мы справимся, сказала она, ты только поднатужься хорошенько, и при первом утреннем обходе родильных залов дежурная сестра Фрида увидела Биргит Н. в лужице крови, под спиной подушка, голова склонилась на плечо уборщицы, в руках крохотный ребенок с головой баклажанного цвета.
Этот цвет удивил его отца, Руди Н., когда он впервые увидел ребенка через стеклянную перегородку отделения для грудничков. Он так удивился, что забыл рассмотреть лицо ребенка. Он увидел маленькое тельце в белых пеленках, которое медленно изгибалось в руках медсестры, увидел голову в чепчике, сквозь который была видна фиолетовая кожа, и подумал, не ушибся ли ребенок, а медсестра, кивнув напоследок, уже скрылась за дверью. Руди Н., который почти не спал в ту ночь и не позавтракал, почувствовал нарастающий страх и постучал в стекло, сначала осторожно, потом кулаком, но двери за стеклом так и не открылись, а в коридоре было пусто. Руди Н. посмотрел на свои покрасневшие кулаки и решил выпить кофе перед работой, а в обеденный перерыв посмотреть на лицо ребенка.
Пока он стоял у вокзального киоска и размешивал в кофе четыре кусочка сахара, чтобы успокоить нервы и отметить рождение ребенка с фиолетовой головой, у которого еще не было имени, Биргит Н. лежала на свежезастеленной больничной койке и плакала. Перед этим она пожевала булочку с повидлом и приняла витамины, она тоже не могла вспомнить лицо ребенка, она помнила только сильную руку уборщицы. Доктор Монат зашил ее, хотя никаких разрывов не было.