Эвтаназия? Эвтелия! Счастливая жизнь — благая смерть | страница 72
Сознательная функция мозга нередко дает сбои: например, когда не помнишь, куда задевал ключи. Сколько ни ломай голову (на редкость удачное выражение для характеристики фрустрации, часто сопровождающей сознательное мышление), ключи не находятся. Затем, через пять минут, когда ты уже занят совсем другим, тебе приходит на ум, куда ты положил ключи. Это тоже очень правильное выражение. В самом деле, откуда еще может прийти на ум — то есть в сознание, — если не из подсознания?
Поскольку о механизмах подсознательного мы не знаем и тысячной доли того, что предполагаем о сознательном мышлении, то начнем с последнего, для которого характерно использование языка. Язык существует лишь во времени, причем линейно, в одном измерении. Отсюда и его ограниченность, замедленность: «Когда вернулся домой, сразу прошел на кухню, поставил пакет с покупками и бутылку молока на стол, — говоришь ты себе чуть ли не вслух и почти видишь в картинках свои действия, а сам при этом неотступно думаешь о пропавших ключах, — потом убрал продукты в холодильник…» — прокручиваешь дальше в памяти привычные действия. Ключи должны быть где-то здесь, коль скоро удалось попасть в квартиру, — успокаиваешь себя и садишься к телевизору смотреть последние известия. Через несколько минут наступает озарение: ну как же, пока я отпирал дверь, бутылка с молоком чуть не выскользнула из рук! Пришлось оставить ключ в замке, а потом дверь захлопнулась… Выходишь на лестничную площадку — и вот он ключ, торчит в замке.
Весь мозг человека — за исключением каналов передачи информации — состоит из сходных по типу клеток (если и отличающихся, то лишь соотношением локального распределения), как же тогда объяснить разницу между функциями сознания и подсознания? Сознательное мышление логически приводит ко всему привычному, но к непривычному вряд ли способно привести. В особенности если его подгонять, подстегивать: тогда оно перескакивает от совершенно очевидного к возможно вероятному.
Подсознание не подстегнешь, оно, по-видимому, неподвластно времени. И навряд ли оно линейно. Я склонен представить его себе в виде некоего хаоса, где все происходит одновременно и в разных измерениях. Или, пожалуй, в виде какой-нибудь голограммы, в каждой отдельной точке которой содержится целое. Разумеется, это всего лишь досужие предположения, призванные продемонстрировать непреложный факт, а именно: я понятия не имею, какие механизмы действуют в подсознании, но, судя по его проявлениям, думаю, что оно способно на удивительнейшие вещи.