Стихотворения (1927) | страница 54



                        и по биллиардам.
И вот,
          где Романов
                              дулся с маркёрами,
шары
         ложа́
                 под свитское ржание,
читаю я
             крестьянам
                               о форме
стихов —
                и о содержании.
Звонок.
            Луна
                    отодвинулась тусклая,
и я,
      в электричестве,
                                 стою на эстраде.
Сидят предо мною
                              рязанские,
                                               тульские,
почесывают бороды русские,
ерошат пальцами
                            русые пряди.
Их лица ясны,
                       яснее, чем блюдце,
где надо — хмуреют,
                                  где надо —
                                                    смеются.
Пусть тот,
                кто Советам
                                    не знает це́ну,
со мною станет
                         от радости пьяным:
где можно
                еще
                       читать во дворце —
что?
       Стихи!
                  Кому?
                            Крестьянам!
Такую страну
                      и сравнивать не с чем, —
где еще
             мыслимы
                             подобные вещи?!
И думаю я
                 обо всем,
                                 как о чуде.
Такое настало,
                       а что еще будет!
Вижу:
         выходят
                      после лекции
два мужика
                  слоновьей комплекции.
Уселись
              вдвоем
                          под стеклянный шар,
и первый
               второму
                             заметил:
                                            — Мишка,
оченно хороша —
эта
      последняя
                       была рифмишка.—
И долго еще
                    гудят ливадийцы
на желтых дорожках,
                                 у синей водицы.

МАРУСЯ ОТРАВИЛАСЬ

Вечером после работы этот комсомолец уже не ваш товарищ. Вы не называйте его Борей, а, подделываясь под гнусавый французский акцент, должны называть его «Боб»…

«Комс. правда»

В Ленинграде девушка-работница отравилась, потому что у нее не было лакированных туфель, точно таких же, какие носила ее подруга Таня…

«Комс. правда»
Из тучки месяц вылез,
молоденький такой…
Маруська отравилась,
везут в прием-покой.
Понравился Маруське
один
        с недавних пор:
нафабренные усики,
расчесанный пробор.
Он был
            монтером Ваней,
но…
       в духе парижан,
себе
       присвоил званье: