Чужие крылья | страница 30



Виктор пошел за ведущим. Выбрал свою цель – фургон со светлым выгоревшим верхом, запряженный парой лошадей. Первый РС рванул с перелетом, метрах в тридцати от повозки. От взрыва лошади понесли. Второй тоже лег с перелетом, зато третий попал точно между фургоном и лошадьми. Дистанция до цели была уже совсем маленькой и Виктор сразу потянул ручку, избегая встречи с землей. Он успел только увидеть вспышку беззвучного взрыва и какой-то бурый дым, секунда, и эта картина смерти скрылась под капотом.

Разворот и новый заход. Обоза уже не было. Несколько подвод удирали по полю, хорошо выделяясь на фоне снега, носились одиночные кони. На дороге разгорался фургон, Виктор увидел, как рядом с перевернутой телегой бьются в агонии лошади. Теперь он выбрал своей целью бричку, запряженную вороной лошадью. Она неслась в сторону небольшой рощицы, видимо надеясь спастись за деревьями. Виктор выстрелил по ним РСом, а потом добавил из пулеметов. Возница, увидев валящийся на него с неба самолет, моментально вывалился на снег и тем самым избежал смерти. Светлые трассеры ШКАСов на долю секунды задержались на бричке, а затем уперлись в лошадь. Та рухнула словно подрубленная, бричка закувыркалась, раскидывая по снегу свой груз.

Новой атаки Шубин делать не стал – полетели домой. Погода портилась на глазах. Облака прижимали все ниже и ниже, ближе к линии фронта попали под слабый дождь, пришлось прижаться к ведущему чуть ли не вплотную. Оторваться в таких условиях – верная смерть. Однако обошлось, вышли точно к аэродрому. На посадке самолет вел себя немного странно, очень неохотно опускал нос, по полосе его водило словно на коньках. Все же подмокший аэродром это не шутки. Однако обошлось. Снова Палыч на крыле показывает куда рулить, вот и своя стоянка, тормоза, зажигание. Можно расслабится. От вылета у Виктора было какое-то странное впечатление. Что-то мешало – с одной стороны он хорошо отлетал в очень сложном вылете, но с другой стороны ощущался какой-то дискомфорт. Перед глазами вставала картинка падающих на снег лошадей. "Война войной, а животинку жалко".

Он вылез, показал Палычу большой палец – мол, все в порядке. Показался Шубин в окружении летчиков. Он им что-то весело рассказывал.

— Ну, Витька, молодец. Хорошо держался. Как мы немчуру причесали?! Там обозники обосрались, небось. Тока ты, тута, низковато выходишь. Решил немцев винтом порубать?

Летчики засмеялись. Виктор тоже улыбнулся, идея рубить врагов винтом показалась забавной.