Окоянов | страница 107
Антон никогда бы не подумал, что Капалыч занимается размышлениями на религиозные темы. Несмотря на то, что родители его были выкрестами, сам он в верующих не значился, и было странно слушать его рассуждения, столь близкие православной точке зрения.
Заметив его удивленный взгляд, Капалыч усмехнулся и сказал:
– Не смешите меня, старого еврея, своим удивлением, Антон Константинович. Я так ни к одному вероисповеданию всерьез и не пришел, хотя все их в юности хорошенечко проштудировал. Но только хочу сказать, что ваш Христос ничего нового людям не сообщил. Он, может быть, и сошел на землю для непонимающих, чтобы дать им начальную школу. А на самом деле Бог всегда был такой и до него тысячу лет. Просто жадные до власти фарисеи настрочили свой Талмуд, от которого мучаются другие евреи. Вот и все. А если вы, большевики, считаете, что Бога нет вообще, то Бог вам судья, – и он мудро улыбнулся.
Антон жил новой, счастливой для него жизнью. Казалось, они с Ксюшей каким-то волшебным образом перескочили длительный период пустоты и вернулись к изначальному состоянию любви. Ксюша занялась устройством нового жилья и была счастлива раствориться в этой деятельной атмосфере приятных забот. Ее совсем не смущало голодное и трудное время. Ощущение полета заслоняло все остальные трудности. Помимо этого, Лиза пошла в школу, и это стало отнимать большую часть времени.
Ксюша каждый вечер ждала Антона, а тот, несмотря на угрызения совести, частенько откладывал неотложные дела назавтра, чтобы поскорее увидеться с ней. Если выдавался свободный выходной, Антон вывозил семью на бричке в окрестности Окоянова. За время работы в ЧК он хорошо изучил округу и знал самые красивые уголки этого края. Начиналось бабье лето, и природа словно открывала свои объятья для любящих душ. Ласковое синее небо пестрило птичьими свадьбами, ивы опустили в пруды желтеющие косы, теплый воздух был недвижен и далеко разносил каждый живой звук. Они пекли картошку в золе, собирали грибы и орехи, играли в догонялки и так далеко улетали от суровой реальности этой жизни, что казалось, еще чуть-чуть, и будет достигнуто блаженство.
Отношения с Ольгой прервались. Она продолжала работать на прежнем месте. Иногда он ловил ее тоскливый, полный боли взгляд, но на этом все и кончалось. Девушка не делала никаких попыток восстановления связи.
Антон постарался загладить свою вину перед родителями, тем более что их попытка перевезти Ольгу к себе домой успехом не увенчалась. Она наотрез отказалась это сделать. Еще до переезда Ксюши в Окоянов старики собрались с духом и пошли в дом Веруньки, уговаривать Ольгу перебраться к ним.