Часовой Человек | страница 48
– Может быть, нам есть чего стыдиться, – не потрудившись взглянуть на доску, Доктор увёл короля из-под удара.
– О, несомненно, – согласился Уайз. – И уверен, что многому. Но отрицание хорошего не исправляет плохое, верно? Лучше сознаться во всём, и в плохом, и в хорошем. Всегда есть компромиссы, – он снял с доски ферзя Доктора и поставил на его место своего коня. – Вы меня понимаете?
– Вы уверены, что хотите этого? – сказал Доктор, в глазах которого отразился огонь камина.
– Что? – Уайз осмотрел доску и нахмурился. – Чёрт возьми! – он откинулся на спинку кресла, вставил в глаз монокль, и улыбнулся. – Знаете, Доктор, вам нужно попробовать править империей. Мне кажется, у вас бы хорошо получилось.
Доктор тоже улыбнулся:
– Ещё партию?
Луну скрывали густые тучи, так что свет был только от уличных фонарей, пытавшихся пробить своими лучами тонкий клубящийся туман. Имперский клуб был заперт, привратник ушёл, свет погас. Все уснули. Во всяком случае, на это надеялись Чешент и Мэтти, когда осторожно направлялись к заднему входу в здание.
У Мэтти был тяжёлый фонарь, которым он умудрялся освещать всё, кроме того, что нужно было Чешенту. Чешент понимал, что проще было бы взять фонарь самому. Но какой смысл быть главным, если делаешь всё сам?
– Вроде тихо, – проворчал он, тыча мясистым пальцем в дверь, рассчитывая, что Мэтти направит свет на замок.
Когда ему стало видно, потребовалось лишь несколько секунд работы отмычкой, и они зашли внутрь. У Чешента был набросок плана здания. Он не стал спрашивать у женщины в маске, откуда она его взяла. Он не был уверен, что хочет знать об этом, или о том, что случилось с тем, кто предоставил план. Но план помог найти дорогу среди служебных помещений и комнат слуг в задней части здания.
Они решили начать с фойе и регистрационных записей. Если всё пойдёт по плану, потом можно будет заняться комнатой Доктора. И Чешенту, и Мэтти было не привыкать обыскивать комнаты в то время, пока хозяева спали рядом, пребывая в неведении. У каждого из них было по небольшому мешку, сопровождавшему их неоднократно в подобных обстоятельствах.
Отклонения от плана начались с того момента, когда они зашли в главное фойе. Чешент поднял руку, чтобы остановить Мэтти. Они вглядывались в другой конец фойе, пол которого был покрыт мрамором, а вверх поднималась огромная лестница.
– В чём дело? – прошептал Мэтти.
– Голоса, – тихо ответил Чешент. – Слушай.